Сообразительность малолетнего бездельника пришлась ему по душе.
– Молодец, что не оставил там. Иначе мог не возвращаться, – правый глаз старика опасно сверкнул.
Я неосознанно поежился. Хрен старый, действительно мог бросить подыхать раненого. Прав Эри, та еще сволочь в хламиде.
– В следующий раз смотри под ноги, тратить «Слезы зари» на тебя я больше не буду. – Повисла тяжелая пауза, и еще более тяжелый взгляд буквально пригвоздил меня к полу. – Ты хоть знаешь, сколько стоит одна мера этого зелья?
Вопрос явно риторический и ответа не требовал. Однако я на всякий случай закачал всклокоченной головой. По подсказке Эри, руководствуясь принципом – не помешает.
Слегка помогло. Испепеляющий взгляд стал чуть мягче. Волшебнику понравилось, что сопляк понимал ценность собственной жизни. Точнее, почти полное отсутствие оной.
Еще немного помолчав и убедившись, что подопечный полностью раскаивается в проступке (я в этот момент смотрел в пол, не смея поднимать глаза на строгого старика), Пауль Гренвир скомандовал:
– Отправляйся во двор. Сегодня мне нужно десять ведер колодезной воды. И наруби дров вдоволь. Поленница уже опустела.
Я знал, что под навесом еще оставалось приличное количество расколотых чурок, но возразить не рискнул. Черт с ним.
– Из-за своей неуклюжести сегодня на завтрак обойдешься кружкой воды и краюхой хлеба. Всё, иди, работай, – не дожидаясь ответной реакции, алхимик развернулся и удивительно резво для своего солидного возраста принялся подниматься по лестнице.
Прыткий старикан. Скачет прямо козликом. И откуда только силы берутся? Интересно, сколько лет вредному хрычу? Несмотря на седые волосы, выглядит довольно живо. Морщины по всей морде, но не сутулится, двигается легко.
Мысленно пожелав старому пердуну благополучно навернуться с лестницы и свернуть себе шею, я отправился на кухню, чью роль играла одна из комнаток на первом этаже.
На небрежно сколоченном деревянном столике обнаружился кувшин, наполовину заполненный все той же колодезной водой, и краюха зачерствевшего ржаного каравая.
Проглотил – сам не заметил. Буквально за секунду сжевал. Воду вылакал до последней капли.
Странное чувство – ощущать голод. И не просто голод в качестве неприятного недомогания, когда знаешь, что разыгравшийся аппетит лишь сделает следующее поглощение пищи приятнее. А голод жгучий, острый, выедающий изнутри, горящий в животе жадным пожаром.
За редким исключением на Земле в нынешние времена в более или менее развитых странах невозможно умереть от банального недоедания. Даже самые бедные слои населения могли себе позволить закупать достаточно продуктов.
Да, еда могла быть паршивого качества. Да, каждый день рассчитывать на свежее мясо малообеспеченные тоже не могли.






