ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Средневековье… терпкий глоток изысканного вина, хмельной аромат свежего эля, прекрасные дамы, рыцарские турниры, поединки чести… Нет… озлобленные крестьяне, кровожадные дезертиры, жестокие маги, бе... Алхимик Алекс Каменев © Алекс Каменев, 2020 © ООО «Издательство АСТ», 2020 * * * Отравление исключалось. Как и шутки с вывозом в лес. Не школьники уже давно заниматься такой ерундой. Что потом? Выпили, закусили, болтали о том о сем. Затем Димка достал какую-то старинную безделушку. Он любил покупать всякий древний хлам. Вещица напоминала расческу, типа гребенки-заколки, не знаю, как называются штуки, чем девицы расчесывали волосы в стародавние времена. Точно! Я этой хреновиной укололся. Вертел в руках, мысленно удивляясь человеческим привычкам к коллекционированию всякой ерундовины, что вряд ли пригодится в жизни современного человека, а затем на кончике пальца выступила капелька крови. И всё. Дальше как отрезало. Темнота и беспамятство. Очнулся здесь. – Бред какой-то, – вслух пробормотал я. И пораженно замолк. Голос не мой! Какого хрена?! Занятый размышлениями о причинах появления в незнакомом месте, я до этого мгновения ни на что больше не обращал внимания. И только сейчас додумался посмотреть на руки. Не мои! Руки, мать их перемать, не мои! Слишком маленькие. Узкие запястья, вытянутые кисти, тонкие пальцы. ДЕТСКИЕ РУКИ!!! О господи! Я принялся судорожно ощупывать себя и с каждой дальнейшей секундой приходил во все больший ужас. Забыл о боли. Забыл об окружающем лесе. Забыл обо всем. Потому что тело принадлежало не мне. Тело не мое! Как такое может быть? Первая мысль – галлюцинации. Точно, укололся древней железякой, схватил столбняк, привезли в больницу, накачали лекарствами. Теперь лежу под капельницей, ловлю приходы. Или хуже. Подхватил какую-нибудь гадость от долбаной расчески. И тоже сейчас валяюсь в палате под тоннами мощнейших антибиотиков. А вокруг – результат

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Во двор полноводной рекой хлынули закованные в сталь солдаты, что-то крича и потрясая оружием. Первым несся Рауль, храбро сжимая в руках сверкающий меч.

Граф в мгновение ока понял, что происходит. Кровь брызнула так высоко, что взлетела над краем частокола. Его люди увидели это и недолго думая бросились на выручку, думая, что господина убивают.

Карзани предостерегающе закричал, пытаясь остановить атаку.

Поздно. Солдаты уже вломились внутрь и увидели целую и невредимую фигуру властителя замка Разенвальд, лишь пробежав несколько метров. Они честно попытались притормозить, но старец из башни уже начал действовать, отражая внезапное нападение.

Дальнейшее запомнилось какими-то рваными урывками, поделенными на ужасающие фрагменты. Все происходило очень быстро.

Граф мог быть жестким и даже жестоким, и совсем не чурался пролить лишний раз кровь, но даже ему стало дурно от увиденного зрелища.

От алхимика по земле протянулись извилистые линии черноты, на ходу распадаясь на более мелкие нити на манер расходящейся сетки.

Солдаты уже делали последние шаги, пытаясь остановиться, когда утоптанный двор вздыбился лесом темных шипов. Острые, тонкие, отливающие мраком, они вонзились в людей, как ударившие снизу копья.

Послышались крики ужаса. Страх удушающей волной прокатился по отряду бывалых рубак.

Черные как смоль жгуты били снизу-вверх, насквозь пронзая облаченных в крепкую броню воинов. Закаленная сталь рвалась как бумага, не оставляя солдатам ни единого шанса.

Тем, кто не добрался до забора, тоже не повезло. Чернота скакнула дальше, проползая по земле бурой змеей, ныряя под частокол и вырываясь в воздух уже где-то за воротами.

Вскоре оттуда тоже прилетела порция воплей умирающих людей.

Магия алхимика с Истинным даром показала свою смертоносность.

Два удара сердца – и четыре десятка воинов, облаченных в латы, шлемы и кольчуги, закончили жизнь нанизанными на острые пики, выраставшие прямо из-под земли. Их словно посадили на кол, но сделали это почти мгновенно и не разбирая, где прокалывать тело.

Остро запахло сырым железом – запах крови буквально затопил небольшой дворик башни.

Граф схватился за Радужный жезл и рванул божественное оружие наружу, не обращая внимания на боль в обожженных руках.

И застыл, пораженный, что ничего не происходит. Жезл молчал, не откликаясь на призыв дать силы носителю. Он будто превратился в обыкновенную палку, украшенную малой россыпью драгоценных самоцветов.

Карзани повернулся к Гренвиру. Алхимик стоял во все той же небрежной позе, его руки покоились скрещенными на груди. Лицо чародея пересекала насмешливая улыбка, больше похожая на волчий оскал.

– Я позволил себе отрезать вашу игрушку от внешнего управления, – любезно проинформировал он.