Сотворить такие под силу только Истинному магу. Он наделяет предмет особыми свойствами, делясь в ходе создания своим личным даром. Это очень сложный и трудоемкий процесс. И невероятно опасный. Малейшая ошибка, и чародей не только лишится дара, но и жизни, – Гренвир помедлил и задумчиво добавил: – Зато результат обычно превосходит всякие ожидания. – Еще одна пауза. – Если все делать правильно.
Отлично. Выходит, Диман умудрился где-то откопать хреновину, насквозь пропитанную древней магией, и не нашел ничего лучшего, как притащить ее домой.
То, что друг никак не мог знать о наличии нежелательных эффектов, меня в тот момент волновало мало. Злость на приятеля вспыхнула с новой силой. Если бы не этот дуралей, сидел бы я сейчас в своей уютной квартирке и глушил вискарь, глядя, как стройная девчонка из эскорта медленно раздевается под неторопливую музыку.
А вместо этого стою посреди двора, заваленного битыми осколками из окаменевших мертвецов. Где, спрашивается, справедливость?
– Блуждающая башня, кстати, тоже, скорее всего, относится к Истинным вещам, – неторопливо обронил алхимик, его взгляд невидяще скользил по бревенчатому частоколу, старик о чем-то усиленно размышлял.
Затем начались новые расспросы. Я полагал, что чародею будет интересно узнать о всяких технологиях, и пыжился, рассказывая о самолетах, компьютерах, атомных электростанциях, зданиях, упирающихся в облака, и обо всем, что по идее должно выглядеть удивительным для человека средневековья.
Ага, как бы не так. Все достижения технологической цивилизации на старика не произвели особого впечатления. Послушал, покивал, кое-где похмыкал. А потом принялся пытать насчет расчески-заколки. Как выглядела, какого размера, имелись ли какие-то надписи, символы, на ощупь холодная или теплая, тяжелая или нет. Его интересовало буквально все, вплоть до количества зубчиков. Под конец потребовал нарисовать на земле хотя бы примерный рисунок.
Как мог, я изобразил проклятый гребень, умеющий забрасывать разум людей в другие миры. Гренвир долго вглядывался в получившийся рисунок.
– Первый раз вижу, – констатировал он спустя какое-то время.
Я хотел язвительно указать, как же он мог его видеть раньше, если тот обретался на Земле, но быстро прикусил язык. На ум опять пришла Блуждающая башня и диковинный зал с зеркалами.
– А вы не можете меня… – окончание повисло в воздухе.
Старик мазнул по моему светившемуся надеждой лицу безразличным взглядом и равнодушно бросил:
– Нет. Я не обладаю способностью открывать тропы между мирами.
Я сник. А чего еще ждал? Что волшебник щелкнет пальцем – и ты окажешься дома? Наивный чукотский юноша.
Старик внимательно оглядел понурого ученика и приказал:
– Принимайся за дело. Двор надо убрать.
И преспокойно направился в башню.






