А то я уж подумала, мало ли иностранец, — я не буду спрашивать, кто тебя так уделал, не беспокойся! — пыталась-таки наладить отношения я. Но в ответ получала только молчание и настороженный изучающий взгляд, — ладно, раз так, сам дальше разбирайся. На этой поляне стоит защитный купол. Под ним безопасно. Здесь мы переночуем, а наутро сам решай, если захочешь, я тебя неволить не буду, оставлю тут и уйду. Даже лекарства и еду тебе пожертвую. Но сразу предупреждаю. Тебе бы пару дней еще не вставать, да диету соблюдать. Если утром ты решишь пойти все же со мной, дашь знать, как проснусь. Я доведу тебя до ближайшей деревни, — после моего монолога, который не уверена, что был услышан, завалилась спать. Незнакомца я не боялась, магии в нем нет, а физические повреждения он мне вряд ли нанесет. Во-первых, слишком слаб еще, не доползет до меня, ведь я специально легла с другой стороны костра. Во-вторых, даже если доползет, у меня личный щит любой удар отведет, а там я уж и проснусь. Но как ни странно никаких попыток мне навредить ночью не было. Зато утром у больного прорезался голос:
— Кто ты? — прохрипел он.
— И тебе доброе утро, — издалека осмотрела мужчину, сегодня он выглядел намного лучше, — Можешь звать меня Лу. А ты?
— Я - Мант, — на этом наш короткий диалог закончился.
Быстро достала лекарства, заварила в чайнике взвар и напоила-накормила нас обоих. Теперь пришло время посмотреть на рану. Я приблизилась к пациенту, который надо сказать с момента операции был гол по пояс и только сверху укрыт круткой, которую сейчас без церемоний сдернула, чтоб размотать повязку. Я понимала, что веду себя грубо, но ничего с собой поделать не могла. Было обидно, я столько пережила, чтоб его спасти… Не на такую реакцию пациента я рассчитывала.
— Что ты делаешь? — опять попытался меня оттолкнуть неразумный раненный.
— Хочу проверить швы. У тебя в легких два арбалетных болта было. Пришлось шить, — я невозмутимо продолжила свое дело. Не хватит ему силенок еще со мной тягаться. Хотя после моего пояснения Мант сопротивляться прекратил. Ненадолго, правда. Ровно до того момента, как я развязала повязку.
— Что это? — с ужасом смотрел он на еще не зажившие швы, занимающие большую часть груди. Мне надоело. Я вкратце рассказала ему о проведенной операции. Поставила рядом с ним лекарственные эликсиры, еду и одну из двух фляг с водой и собралась уходить, — постой! Ты что уходишь? — в голосе спасенного было удивление как ни странно, а не обида.
— Да. Ты меня достал. Лечиться не хочешь, общаться нормально не хочешь. Поэтому мне надоело тебе помогать. Все нужное я тебе оставила. Adios! — тут я заметила, что во взгляде мужчины что-то поменялось.






