И вдруг волосы девочки засияли! Матушка Готель поначалу удивлённо, а затем торжествующе смотрела, как разглаживается и молодеет морщинистая кожа на её руке. Исцеляющая сила золотого цветка продолжала жить в золотистых волосах маленькой принцессы!
Матушка Готель отрезала небольшую прядь и стала разглядывать её, держа в руке. Она заберёт волшебный локон с собой, и он всегда будет при ней.
Однако этому не суждено было случиться. На глазах Матушки Готель светлые волосы в её руке стали тёмно-коричневого цвета. Она взглянула на место, где был срезан локон: там торчала короткая коричневая прядь. Матушка Готель пришла в ярость! Она поняла, что магия работает только тогда, когда она поёт и поглаживает волосы принцессы! Без этого волосы бесполезны!
Значит, был только один выход. Ей придётся выкрасть девочку... и до скончания времён скрывать её от всего остального мира.
Матушка Готель приподняла волосы Рапунцель. Девочка потрогала маленький локон у шеи. Кроме него, у неё больше не было тёмных коротких прядей.
– Они хотели забрать себе твой дар, – солгала Матушка Готель, глядя на прядь, которую она сама и срезала. – Поэтому они отрезали частичку твоих волос.
– Понятно, матушка. – Рапунцель слегка содрогнулась. Мир снаружи, должно быть, невероятно опасен.
В ночь на свой четвёртый день рождения Рапунцель на цыпочках подошла к окну башни. Там, в ночном небе, она увидела тысячи блистающих огней, что поднимались вверх, к звёздам, над гребнем гор вокруг долины.
То же самое случилось и в ночь её пятого дня рождения, потом шестого и седьмого. Рапунцель очень нравились эти парящие огоньки. Ей казалось, они как-то связанны с ней.
Девочка не знала, что король, королева и все их подданные каждый год запускают тысячи сияющих фонариков, которые должны послужить путеводной звездой их пропавшей принцессе. Они надеялись, что однажды эти огни приведут её домой.
* * *
Шли годы, и Рапунцель превратилась в милую девушку с искрящимися зелёными глазами и золотистыми волосами, что были около двух десятков метров длиной. Из волос она делала качели или с их помощью могла залезать на балки под потолком башни и спускаться обратно. А ещё она любила рисовать, и волосы служили ей кистями. И пусть она одиноко жила на верхушке башни, ничто не могло испортить ей настроения.
По мере приближения своего восемнадцатого дня рождения Рапунцель решила, что он должен отличаться от предыдущих. По крайней мере, она надеялась на это. Но для начала ей нужно было набраться смелости попросить Матушку Готель о самом большом одолжении, что та могла сделать. Матушка Готель всегда говорила, что однажды, когда девушка будет достаточно взрослой, когда она будет готова, ей разрешат выйти наружу.






