ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Что такое «Слепое пятно»? Это комната в одном из домов Сан-Франциско, где происходят странные вещи — дверной проем ведет в другое измерение, в другой мир, который, возможно, является ключом к прошлому... Слепое пятно Остин Холл Пролог Вероятно, лучше было бы начать все с самого начала. Просто изложить события в хронологическом порядке. Было время, когда буквально все знали эту историю, но для тех, кто уже успел позабыть, повторить мне не трудно. Я изложу все так, как сам узнал из газет, ничего от себя не добавляя и не приукрашивая — одни голые факты. Тогда это дело прославилось, приведя общественность в полное замешательство. Более того, интерес к нему в определенных кругах и сейчас не утих, однако простой обыватель о нем уже не помнит. Папку с делом снабдили ярлыком, присвоили порядковый номер и сдали в архив. Тем же, кто пожелает просмотреть его, скажут, что это — одна из величайших нераскрытых тайн века. Преступление, которое с одной стороны привело к убийству — гнусному, холодному и расчетливому, а с другой — послужило появлению невидимого щита, который ограждает нас от потустороннего мира. Возможно, второе произошло благодаря именно такой личности, как доктор Холкомб. Это был великий человек и блестящий мыслитель. И чтобы он попался в сети какого-то низкопробного спиритизма, кажется, на первый взгляд, невероятным. В качестве противоядия его поразительно живой ум за многие годы выработал скептическое отношение к любой мистике в целом. Доктор Холкомб был психологом и, вероятно, на то время лучшим из всех нам известных. Обладая одной особенностью, которая отличала его среди собратьев по профессии — недюжинным талантом, доктор делал значительные успехи на фоне своих коллег. Если бы мы придали его словам должное значение, то узнали бы много нового, ради чего стоит жить. Наша религия основана не на одних только слухах и преданиях, да и наука может открыть еще столько в

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Она тихонько кашлянула, и детективу подумалось, что этот кашель может стать для нее последним — так слаба она была.

— Прошу прощения, но доктор Холкомб здесь?

Старушка подняла на него взгляд. Ее пустые голубые глаза ничего не выражали, похоже, у нее уже развилось старческое слабоумие.

— Вы имеете в виду… Ах, да, я поняла. Это тот пожилой джентльмен с серебристыми бакенбардами. Он был здесь несколько минут назад. Вместе с тем, другим. Но он только что вышел, сэр, буквально только что.

— Нет, я так не думаю. Вышли женщина и мужчина. Но это был не доктор Холкомб.

— Женщина? Здесь не было никакой женщины.

— Да как же! Была женщина. И очень красивая.

Старушка уронила руку. Она дрожала.

— Ох, боже мой, — произнесла она. — Оно делает двоих. Утром был мужчина, а теперь — женщина. Оно делает двоих.

Когда детектив заглянул в глаза старой дамы, ему показалось, будто они наполнены невыразимым ужасом. Она была такой немощной и хрупкой, такой беспомощной и дряхлой; ее надтреснутый голос срывался на жуткий визгливый шепот. Она непрестанно повторяла:

— Теперь их двое. Теперь их двое. Оно делает двоих. Утором был один. Теперь их двое.

Джером ничего не понимал. Ему стало жаль старушку.

— Вы говорили, что доктор Холкомб здесь?

Она снова посмотрела на него тем же отсутствующим взглядом, как будто пыталась собрать ускользавшие мысли вместе.

— Двое. Женщина. Доктор Холкомб. Ах, да, доктор Холкомб. Может быть, войдете?

Она открыла дверь полностью.

Джером вошел и снял шляпу. Он настойчиво повторил имя доктора, чтобы оно закрепилось в ее памяти. Старушка аккуратно притворила дверь и взяла детектива за руку. Ему показалось, что она еле-еле держится на ногах. Да и вообще, внешне она немногим отличалась от тени. Ее старческие глаза были полны жалостной мольбы.

— Вы — его сын?

Джерому пришлось солгать, но сделал он это небезосновательно.

— Да.

— Тогда пойдемте.

Она взяла его за рукав и повела через комнату к двери в боковой стене. Она шла медленно, дважды останавливалась, чтобы пробормотать свое заклинание:

— Сначала мужчина, потом женщина. А теперь один. А вы его сын.

И дважды она останавливалась и прислушивалась.

— Вы слышите? Как бьет колокол? Обожаю послушать его. А потом мне становится страшно. Вы когда-нибудь обращали внимание на колокол? Он всегда навевает мысли о церкви и разных священных вещах. Этот прекрасный колокол… сначала…

Выжила ли уже женщина из ума или находилась на грани того, но она точно была не в себе.

— Ну же, матушка. Я понимаю, сначала колокол, но как насчет доктора Холкомба?

Упоминание этого имени вернуло ее в реальность. С минуту она стояла в недоумении, пытаясь собраться с мыслями. Потом вспомнила и указала на дверь в стене.

— Он там. Внутри. Доктор Холкомб. Вот откуда они приходят. Туда и уходят. Доктор Холкомб.