ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Лучший автор бестселлеров серий «На Дублинской улице» и «Герой» по версии Нью-Йорк Таймс, Саманта Янг, на страницах этого страстного и яркого романа о любви, потере и поиске своего жизненного пути,... Поиграем Саманта Янг Пролог Эдинбург, Шотландия. Октябрь 2015 г. Однажды мама моей лучшей подруги сказала: «Ты будешь думать, что после огромного количества перенесенных страданий человеческое тело не сможет вынести еще б о льшее количество боли. Но наши сердца обладают невероятно раздражающим запасом выносливости». Она была одной из самых сильных людей кого я знала, поэтому даже став взрослой я помнила эти слова. И однажды поняла: мамина подруга была права. Большинство человеческих сердец очень даже приспособлены переносить потерю и горе. Никто, однако, не сказал мне и слова о чувстве вины и сожаления, и как долго после потери, эти два чувства могут тебя преследовать. Я не хотела, чтобы они меня преследовали. Никто не хочет. Так что я притворилась, что ничего не произошло, и ушла с головой в работу. Нет, не в ту работу ассистентом продавца в милом магазинчике одежды в Старом городе. Работая там, я всего лишь могла оплачивать счета. С трудом. Вот почему сейчас я собираюсь уходить из магазина после сверхурочной работы. Я взяла все сверхурочные часы, которые могу осилить… и которые не мешают моей другой работе. Вообще-то, это не просто работа, а гораздо больше. — Нора, ты не могла бы помочь клиенту? — Лия просунула голову в дверной проем, заглядывая в кладовку, которую мы называли комнатой для персонала. — Ты куда уходишь? Я надела рюкзак и прошла мимо нее. — Помнишь, сегодня я до двенадцати. Уже пять минут первого. — Но Эми еще не пришла. — Прости. Мне надо в больницу. Ее глаза округлились. — О? Что случилось? Жизнь случилась. — Эй, извините… — стоявшая у прилавка девушка выглядела раздраженной. — Кто-нибудь может мне помочь? Лия отвернулась, чтобы обслужить клиентку и, в

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Мы молча смотрели друг на друга, его лицо было так близко, что я видела в зеленых радужках маленькие золотые пятнышки.

В тот момент я забыла, где я, кто я, и что было правильным.

И я даже не понимала, что тянулась к этому мужчине, с самого начала он привлек мое внимание.

— Почему ты сопротивляешься этому, если хочешь?

Почему я снова сражаюсь?

— Нора?

Отгораживаясь от него, я закрыла глаза, что позволило вспомнить, почему я боролась с этим: чтобы спастись от боли.

— Потому что…

Неожиданно на меня обрушился его рот, заставив замолчать. Удивление от происходящего пересилило инстинкт. Я ответила, переплетая его язык со своим. Дернула руки, но он не отпускал и продолжал удерживать за запястья, а я хотела его обнимать. Я хотела провести пальцами по его волосам.

Меня охватило тепло и, как будто я была покрыта топливом, у моих ног распалился огонь; взметнулся молнией, и окружил пылающими языками.

Слишком горячо. Слишком мало. Слишком все.

Я хотела сорвать свою одежду.

Я хотела сорвать его одежду.

Он внезапно прервал поцелуй и отступил, глядя на меня с триумфом.

Если бы это был не он, если бы это был какой-то другой момент, то я бы уличила его в самодовольстве.

Вместо этого вспомнила, почему мы не должны этого делать.

Что бы он ни увидел в моем выражении, но это заставило его ослабить хватку на моих запястьях. Я безвольно опустила руки, но он не отступил.

Он ждал, положив ладони на мои хрупкие плечи.

Что-то в его глазах, заставило мою защиту треснуть по швам. Нежность вырвалась наружу, и я обнаружила, что ласкаю его щеку, чувствуя, как щетина покалывает кожу.

Грусть, погасила огонь.

— Ее больше нет, — сказала мягко. — Даже я не могу отвлечь тебя от этого.

В его глазах вели борьбу желание и невыносимо мрачное страдание. Мужчина медленно сместил руки с моих плеч на талию. От легкого рывка я оказалась в объятиях, прижатая к его груди.

А потом он разорвал мою душу, прошептав мучительные слова:

— Но ты можешь попробовать.

Донован, штат Индиана.

Июль 2011.

Какая-то часть меня не хотела идти домой. Запах фаст-фуда проникал мне в ноздри, и я постоянно переживала, что даже со временем не смогу смыть его с волос и кожи. И все же, домой идти я не хотела.

— Приятного дня, — сказала своему последнему клиенту, вручив ему гамбургер и картофель фри.

Я отошла от прилавка, встречаясь взглядом с Молли. Она стояла у автомата для розлива напитков, и наполняла газировкой огромный стакан. Молли состроила мне гримасу.

— И зачем я согласилась на сверхурочные?

Широко улыбнувшись ей, мне захотелось выкрикнуть: «Я могу подменить тебя!», но всего лишь напомнила ей:

— Потому что копишь, чтобы купить у Лори тот кусок дерьма, который называется машиной.

— О, да. Прям мечтаю.

Я усмехнулась.

— Больше, чем я.