«Барьерники» многое дали магическому сообществу. Придумали новые способы плетения заклинаний. Создали массу артефактов с уникальными свойствами. Выяснили все, что могли, насчет переселения душ. Годами изучали коренных обитателей изнанки. Много чего полезного привнесли в теорию магии… но как только стало ясно, что их магия разрушает все то, к чему стремился Ковен, все это потеряло значение. Успехи «барьерников», их открытия, знания… все было уничтожено. Лишь бы больше никто не совался на изнанку, не экспериментировал с базовыми заклинаниями и не мешал процессу разрушения барьера.
– Сейчас с базовыми заклятиями почти никто и не работает, – невесело подтвердил кристалл. – Не умеют. Забыли. Раньше из таких заклинаний создавали узоры, невероятные по сложности и красоте. А теперь гильдия штампует их жалкое подобие, после чего тут же режет на кусочки и продает по серебряному молгу – штука. Их используют всего лишь как… гвозди. И то лишь потому, что без них нельзя обойтись.
– Во всем этом есть только одна хорошая вещь – до тех пор, пока магия «барьерников» все-таки используется, пусть и в ничтожной доле от того, что было раньше, изнанка не умрет. Базовые заклинания будут пронизывать ее насквозь. Удерживать оба слоя реальности вместе, пока это еще возможно.
– Однажды может прийти время, когда и этого будет недостаточно, – возразил Макс.
Я поджал губы.
– Да. Но мы с тобой постараемся этого не допустить.
* * *
Уже вечером, когда на улице порядком стемнело, я выбрался из дома карателя, держа под мышкой увесистый кристалл, и двинулся в сторону присмотренного ранее чердака. Остальные вещи тащили в зубах улишши. Что-то помогала нести даже маленькая нурра.
Идти, конечно, пришлось далеко. Пешком, потому что выбраться с изнанки и вскочить на ходу на закорки какого-нибудь экипажа я бы не рискнул. Вместилище Макса при всей своей внешней крепости было довольно хрупким, поэтому я нес его сам, причем со всей возможной осторожностью.
За один раз нам, правда, переехать не удалось – вещей в логове, хоть и немного, но все же успело подкопиться. Одна корона чего стоила! Плюс после переезда там следовало навести порядок и по возможности убрать со стен и полов следы пребывания улишшей и Пакости.
Именно поэтому, перетаскав основную часть добра в заброшенный дом на улице Мельников (не совсем на окраине, но все же ринах в полутора ходьбы от Старого города), я в последний раз вернулся в дом мастера Шала. Все там прибрал, сгреб оставшийся после нас мусор и выкинул осколки от погрызенных Пакостью чашек. Привел в порядок спальню. Протер пыль на подоконниках. Тщательно подмел коридор и, оглядев дело рук своих, удовлетворенно кивнул.






