Я демонстративно скривилась, поставила пустую чашу на стол, сделала из стакана с водой пару глотков и промокнула губы салфеткой.
– Ну вот, милая, завтра будешь чувствовать себя гораздо лучше, – сказала она, накрыв мою руку своей.
Кто бы только знал, как мне хотелось отдернуть ее и положить на колени, чтобы у вдовы не возникло больше возможности прикасаться ко мне. Однако я сдержалась.
– Спасибо за заботу, лира Тагир, – проговорила я в ответ, и мы приступили к ужину.
Хотя я только делала вид, что ем. На самом деле лишь ковыряла вилкой в тарелке и не могла дождаться момента, когда мне будет позволено подняться в свои покои.
Оказавшись в спальне, я попросила служанок удалиться и не тревожить меня до утра. Я надеялась, что если буду резкой и неприветливой, то смогу быстро от них избавиться. Девушки смотрели на меня во все глаза, поскольку не привыкли к подобному обращению, поэтому сдались не сразу. Они нерешительно одна за другой просили позволения остаться в гостиной на случай, если вдруг понадобятся. Услышав отказ, служанки все же ушли. Но даже после того, как Сарита и Зафира закрыли за собой дверь, я еще долго стояла посреди комнаты и прислушивалась к тишине. Не заметив ничего подозрительного, торопливо начала собирать в кучу вещи, лучше всего подходившие для веревки.
С первой звездой на небе я села на кровать со скрещенными ногами и принялась связывать между собой простыни, вслед за которыми в дело пошли покрывала и дорогие платья. Благо руки не забыли, чему еще в детстве учил отец. Я до сих пор помнила, какой узел прочнее и как сделать, чтобы он не развязался. Каждый скрип, каждый шорох вызывал у меня учащенное сердцебиение и заставлял замирать. Однако все обошлось. Никто так и не заглянул ко мне.
По истечении получаса спасительная веревка была готова. Оставшись довольной ее длиной, я закрепила один конец к ближайшему столбику кровати и дважды проверила узел. Запирать гостиную не стала – щелчок замка мог привлечь внимание стражников. Я переоделась в старые штаны и рубаху, подпоясалась, привязала собранные вещи к талии и подошла к окну. Полумесяц висел так высоко, что напоминал запятую, которая разделяла вереницы звезд. Лишь редкие облака время от времени закрывали их, гася свет. Ночь была идеальной для побега.
Мне следовало поторопиться, все-таки спуск предстоял весьма непростой. Но едва я бросила беглый взгляд на постель, перед глазами появился образ Реймира, такого одинокого и несчастного, оставшегося без друзей и поддержки. Сердце мгновенно учащенно забилось, а по щекам покатились непрошеные слезы. Я вытерла их тыльной стороной ладони, обтянула рукав рубахи, чтобы спрятать брачный браслет, и принялась дожидаться удачного момента для побега, стараясь ни о чем не думать.






