ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

По непонятным причинам легковой автомобиль врезается в поезд дальнего следования. В аварии погибают одиннадцать человек. Но что предшествовало катастрофе? Виноват ли кто-то еще, кроме водителя? Угл... Эффект бабочки Карин Альвтеген © Karin Alvtegen, 2013 © Е. Крестовская, перевод на русский язык, 2021 © ИД «Городец», издание на русском языке, оформление, 2021 * * * Все, что я до сих пор отметала, обрушивается на меня как валуны при камнепаде. Бессмертному легко оставить сделанное и несделанное позади. Или, вернее, у него все впереди. Смертному труднее. Встаю я не сразу. Такая роскошь по-прежнему кажется мне непривычной, но с понедельника я уже больше не испытываю угрызений совести. Наблюдаю, как полоса света пробивается в узкий переулок, в котором я теперь живу. Солнце проникает в окошко лишь утром ненадолго, а потом уходит блуждать по крышам Старого города, оставляя мою квартиру в тени. Но это неважно. Если я захочу увидеть солнце, пойду искать его на улицу. На этой неделе оно завело меня в такие места, где я раньше никогда не бывала. Хотя почти всю свою жизнь провела в Стокгольме. Встаю и иду в ванную. По пути приходится огибать коробки и стопки книг, стоящие на полу; переехав сюда, я не стала трогать папины вещи. Я с удивлением узнала об этой недвижимости, когда отец умер восемь лет назад, завещав мне ее в личную собственность. Квартирка с кухней притаилась на третьем этаже за неприметной входной дверью в переулке Йорана Хельсинге. По сведениям жилищного кооператива, отец приобрел ее в 1976 году. Догадываюсь зачем. И догадываюсь, почему оставил потом себе. Мне все понятно по книгам, теснящимся в переполненных книжных стеллажах: «Ботаника», «Флора Скандинавии», «Птицы полей, гор и вересковых пустошей». Мне все понятно по вещам из дома бабушки и дедушки – я помню, как мама просила отца их выбросить. Эта квартира была его отдушиной. Пристанищем, где хранились его мечт

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Компетентная, состоявшаяся личность, попавшая сюда скорее по случайности. Я отчиталась о своих ответственных обязанностях на работе, рассказала о высокой интенсивности труда, международных связях и частых командировках. Домой я ушла в приподнятом настроении, которое продержалось до вечера, пока я не осознала, что заплатила семьсот пятьдесят крон за безобидную светскую беседу.

С тех пор я начала тренироваться. Неделю тщательно обдумывала, с чего начать. А теперь сижу здесь, и ни одна из хорошо звучавших в полумраке спальни фраз не выдерживает яркого освещения его кабинета.

По телу идут мурашки. Мне трудно усидеть на месте. То, что мне предстоит, кажется уже почти угрожающим. В течение сорока пяти минут мы будем препарировать мою психику, а Турбьёрн так и останется для меня совершенно чужим. Я загуглила его имя, но ничего не нашла – даже домашнего адреса. Сколько ему лет? Наверное, пятьдесят пять. Седые прямые волосы коротко подстрижены, очки в стальной оправе, и в прошлый раз он был одет с иголочки – джинсы, рубашка поло и пиджак. Легкий намек на брюшко состоятельного человека. Матовое обручальное кольцо глубоко врезалось в кожу. Обстановка кабинета тоже никаких наводок не дает. Два кресла из ротанга, между ними – журнальный столик, чисто убранный письменный стол, кушетка с бежевыми декоративными подушками и до отказа заполненный книгами стеллаж – правда, я сидела слишком далеко от него, чтобы различить названия на корешках. На расстоянии вытянутой руки от моего кресла стояла упаковка бумажных салфеток.

«Не дождетесь», –

подумала я.

Услышав звонок мобильного, роюсь в сумочке, чтобы отключить звук. В тот же момент слышу, как в холле открывается дверь, и в проеме появляется Турбьёрн.

– Виктория. Проходите.

Я встаю с улыбкой. В кабинете он приветствует меня за руку. Дверь захлопывается, и я усаживаюсь в ротанговое кресло. Оно скрипит подо мной. Я уже не помню заученную вводную фразу. Турбьёрн кладет руки на колени. Смотрит в никуда ничего не выражающим взглядом.

Секунды тикают, пальцы сжимают подлокотники.

«Я – компетентная, состоявшаяся личность».

– Дело в том, что у меня возникла небольшая проблема на работе.

Виктория пришла прямо с работы. Это видно по ее элегантной одежде. Изящный пиджак поверх тщательно выглаженной блузки, как и подобает юристу Финансовой инспекции. Способная всегда и во всем – это тоже моя наследственность, хотя наши усилия принесли разные плоды. Моя академическая карьера завершилась должностью менеджера по заказам и работе с клиентами в компании «Строительные и автомобильные стекла Берга».