ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Когда человека заносит в фэнтэзи страну, где он становится наёмным головорезом, все перемены к лучшему. Наёмник Иван Владимирович Булавин Часть первая Глава первая * * * Ветер заунывно пел в скалах, холод стоял такой, что можно и примёрзнуть к стене, пока стоишь в карауле, чтобы этого не случилось, я постоянно ходил туда-сюда, перекладывая алебарду с одного плеча на другое. Не моё оружие, я предпочитаю цвайхендер, да только в караул его лучше не брать. Проклятые железки вытягивали из тела последнее тепло, метель, каковая в это время года была обычным явлением, снижала видимость, если и не до нуля, то близко к тому. Я видел метров на пять от крепостной стены, а вдобавок скалу Рогатку, что венчала горный хребет. Всё остальное выглядело серой мешаниной из снега и пыли, а ещё мороз, термометров тут ещё не изобрели, но не ошибусь, если за двадцать, а с учётом ветра все тридцать пять. Мой подчинённый Маркус, сидевший на чурбачке у огромной баллисты, завернулся с головой в длинную медвежью шубу. Шуба была старая, мех сильно вытерся, но даже так он чувствовал себя лучше, чем я. Часов у нас, естественно, не было, но и так мы понимали, что смена подходит к концу, ещё час или около того, и можно будет отправляться обратно в казарму. Туда, где тепло, горит огонь, есть еда и пиво, а ещё относительно мягкая кровать и спокойный сон на несколько часов. А если взглянуть шире, то и вся наша смена в этой чёртовой крепости заканчивается. Весной, когда только сойдёт снег, сюда прибудет новый отряд в две или даже три сотни пехоты с очередным не шибко благородным рыцарем во главе. А нас отправят обратно, чтобы и дальше проливали кровь во славу короля в очередной войне. Но это будет только весной, а весна в этом году отчего-то задерживается. Она тут всегда задерживается, в этом чёртовом замке, что какому-то древнему князю приспичило выстроить на склоне горного хребта, обозначая пределы своих

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

— И теперь ты меня спасёшь? — осторожно спросил я, косясь на замершего робота.

— Да, спасу, — он отчего-то погрустнела. — Я не могу спасти всех, я вообще уже давно никого не спасала, всё время сижу тут и скучаю. Я бы и не вышла к тебе, но зов человека, отмеченного печатью, заставил меня выйти. Вы привели бога?

— Да, он там, — я показал себе за спину. — Заперт в человеческом теле и спит. Пока спит. Нужно было войти, а тут опасно. Солдат, который вошёл…

— Это ужасно, — согласилась она, — но я ничего не могла сделать. А тот, кто тебя отправил, надеялся на меня. Не зря надеялся. Позови уже их, здесь теперь безопасно.

Она сделала лёгкое движение рукой, и страшный механический монстр рассыпался облаком железных опилок. Я развернулся и пошёл обратно. Аркон и Иерофант были совсем плохи. Первый был без сознания, а второй уже готов был упасть в обморок. Обоих поддерживал под руки капитан Ромеро.

— Можно идти, — сказал я, помогая Аркону подняться, — в проходе безопасно.

Парень что-то промычал в ответ, но на ноги поднялся, даже не открыв при этом глаза. Ромеро поднял мага, и мы вчетвером пошли в проход.

— Вы уверены, капитан? — спросил маг, стиснув зубы от боли. — Это дорога в один конец.

— Я вижу, что вы предпочли эту дорогу огромным богатствам, лежащим здесь, а потому думаю, что там, в конце пути есть что-то ещё более притягательное.

Он оглянулся и пробежал глазами по солдатам, что старательно сортировали трофеи.

— Сержант Бофорт, ты за главного, — приказал он. — Если не вернусь через три дня, берите всё и уходите на побережье, там вас ждут корабли.

— Понял вас, капитан, — отозвался молодой детина с забинтованной головой. — Так и сделаем.

Удовлетворённо кивнув, капитан взвалил Иерофанта на плечо и шагнул в проход. Шли мы долго, не сильно ошибусь, если скажу, что прошли не меньше мили, хотя непонятно, откуда такие расстояния внутри храма. В конце тоннеля нас встретил проход, затянутый светящейся мембраной. У прохода стояла улыбающаяся Астра. Иерофан немедленно поклонился, но тут же начал падать от слабости и упал бы, если бы Ромеро не схватил его за ремень.

— Проход открыт, заходите внутрь, — сказала она и растаяла в воздухе.

Набрав воздуха в грудь, я шагнул в проход. По глазам ударил яркий свет, но на этом неприятные ощущения закончились. Я стоял в просторном зале, где стены были выложены золотом, а вдоль стен стояли столы и стулья, тоже золотые. А на поверхности столов были разные символы, выпуклые и вдавленные, их было много, наверное, десятки тысяч.

Позади меня со стоном опустился на колени Иерофант. Рядом с ним распластался на полу Аркон. Парня трясло, как в припадке, тело его деформировалось, сейчас проснувшийся бог, чего доброго, разорвёт на части своего спасителя.

— Нужно подождать, — сказал Иерофант, — сейчас он выйдет.