ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Когда человека заносит в фэнтэзи страну, где он становится наёмным головорезом, все перемены к лучшему. Наёмник Иван Владимирович Булавин Часть первая Глава первая * * * Ветер заунывно пел в скалах, холод стоял такой, что можно и примёрзнуть к стене, пока стоишь в карауле, чтобы этого не случилось, я постоянно ходил туда-сюда, перекладывая алебарду с одного плеча на другое. Не моё оружие, я предпочитаю цвайхендер, да только в караул его лучше не брать. Проклятые железки вытягивали из тела последнее тепло, метель, каковая в это время года была обычным явлением, снижала видимость, если и не до нуля, то близко к тому. Я видел метров на пять от крепостной стены, а вдобавок скалу Рогатку, что венчала горный хребет. Всё остальное выглядело серой мешаниной из снега и пыли, а ещё мороз, термометров тут ещё не изобрели, но не ошибусь, если за двадцать, а с учётом ветра все тридцать пять. Мой подчинённый Маркус, сидевший на чурбачке у огромной баллисты, завернулся с головой в длинную медвежью шубу. Шуба была старая, мех сильно вытерся, но даже так он чувствовал себя лучше, чем я. Часов у нас, естественно, не было, но и так мы понимали, что смена подходит к концу, ещё час или около того, и можно будет отправляться обратно в казарму. Туда, где тепло, горит огонь, есть еда и пиво, а ещё относительно мягкая кровать и спокойный сон на несколько часов. А если взглянуть шире, то и вся наша смена в этой чёртовой крепости заканчивается. Весной, когда только сойдёт снег, сюда прибудет новый отряд в две или даже три сотни пехоты с очередным не шибко благородным рыцарем во главе. А нас отправят обратно, чтобы и дальше проливали кровь во славу короля в очередной войне. Но это будет только весной, а весна в этом году отчего-то задерживается. Она тут всегда задерживается, в этом чёртовом замке, что какому-то древнему князю приспичило выстроить на склоне горного хребта, обозначая пределы своих

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Платят четыре талера в месяц (это, как я понял, та самая серебряная монета), плюс еда и ночлег. Собственно, мне больше и не нужно.

К работе я приступил на второй день. Обязанности объяснил уже другой бригадир. Обязанности были простыми: бери больше, кидай дальше, пока летит, отдыхай. Каменоломни представляли собой плоскую скалу, сплошь изъеденную человеческими руками. Камни выламывали разными способами, иногда (если требовалось отломить большой блок) с помощью деревянных клиньев, поливаемых водой, но чаще всего простыми стальными клиньями и обычным кайлом. Отломанные куски начерно обтёсывали, опять же, самыми простыми инструментами, вроде зубила, а иногда даже просто другими камнями.

Мне, как неопытному, но сильному, выдали кувалду. В прежнем мире она показалась бы мне тяжёлой, но не здесь. Работать получалось на совесть. Раз за разом я вгонял колья в ряд, пока каменная глыба не разваливалась на две части, потом ещё и ещё. От постоянного битья начинали трястись руки, но я справлялся. Полученные глыбы нужного размера переносили чуть дальше. Переносили вручную, обычно по двое, но я мог и один. Блоки в конечном виде имели размеры где-то метр на сорок сантиметров и сорок же в высоту. Тяжело, даже мне, но поднять можно.

Что же до длины рабочего дня, то тут всё было заранее ясно, пролетариат ещё не набрал силу, чтобы требовать себе права, а потому работали от восхода до заката, правда, с перерывом на обед и ужин, да и в течение остального времени имелись минуты отдыха, когда должны были поднести новые клинья, когда надо было выгрести отходы, а все сразу этим заниматься не могли, ну и так далее.

К вечеру я здорово вымотался, но сказать, что устал смертельно, не могу. Такая работа тоже сойдёт, пока не найду ничего нового. Для поисков имелся один выходной в месяц, в который платили зарплату. Еда тоже не вызывала вопросов, мясная похлёбка (по-настоящему мясная, а не только бульон), иногда уха из непонятной рыбы, но, опять же, густая и сытная. Хлеб, хоть и чёрный, но выдавался в достаточном количестве, ешь от пуза, только с собой уносить не разрешалось, за этим следили строго. Через день давали каждому по кружке пива, которое помогало работяге хоть как-то расслабиться.

Через неделю я стал замечать, что работа даётся легче, появилась сноровка, позволяющая бить кувалдой уже не так сильно, зато точно, да и мускулы, будь они трижды мощными, стали привыкать к таким нагрузкам. Бригадир меня заприметил и посулил премию. Мелочь, а приятно.

Народ в каменоломне подобрался разный. В основном, конечно, бывшие крестьяне, которые, как и я, направились в город в поисках лучшей доли. Были и уголовники, которые временно решили завязать с разбойным промыслом, были и такие, кто недавно имел нормальную работу, да только стал не нужен или провинился.