– Джо, его нельзя отпускать в таком состоянии, – Ривера взметнулась с дивана. – Тем более сейчас!
Срыв, во время которого Гонсалес становился неадекватным, был неизбежен. Никто и представить не мог, что происходит в этом уникальном мозгу, какие процессы управляли его эмоциональными реакциями и как этих состояний избежать. Гениальный невротик, одарённый психопат и уникум – Гонсалес ни разу не подводил звено во время работы, но после отходил мучительно и порой долго, словно его мозг наказывал его за беззаконие.
– Нормально, вернётся. Остынет, морду кому-нибудь разобьёт и вернётся. Не в первый раз, – Силва жестом приказал ей сесть. Эйса чувствовала, что усидеть на месте она не может.
– Я должна предупредить Лупе, – помимо всего прочего, ей не давали покоя мысли о сестре, несмотря на то, что они с Лупитой были чужими людьми друг другу. В Синалоа ценность семьи – той, в которой она родилась и той, в которую она перешла, став членом картеля – никогда не оспаривалась.
– Мы должны решить, что нам делать! – в голосе Джо слышалось отчаяние, но Эйсе было тошно находиться с ним на одном замкнутом пространстве. По крайней мере, в эту секунду.
– Ты же у нас главный, думай! – она захлопнула дверь и сбежала вниз по лестнице, не дожидаясь лифта.
Ривера не могла выбросить из головы эту проклятую фотографию. Её жестоко провели, а она была слишком самоуверенна, будто подхватила эту заразу от Джо. Эйса ненавидела себя за тупость, глухоту и невнимательность к деталям. Он не был официантом – статус его был неизмеримо выше.
Официанты не водят серебристые седаны представительского класса, у них нет пулевых ранений и шрамов от ножевых, они не ведут себя так, будто им известно больше, чем им позволено знать. И эта чёртова ухмылка, которая так некстати была его бесхитростному лицу – Данэм словно глумился на ней. Она не понимала одного – какого чёрта он отпустил её живой.
6. Одиночка
В окнах квартиры Лупе горел свет. До начала смены в отеле оставался час, сестра ещё была дома, и Эйса выдохнула с облегчением, что застала её.
Она громко постучала. Ей открыли не сразу – за дверью Ривера слышала шёпот и бряканье заслонки дверного глазка. Ривера увидела сестру в узкую щель лишь после третьего удара ногой по фанерному полотну. Лупе не стала снимать цепочки.
– Чего тебе?
– У нас проблемы. Тебе нужно уехать. У тебя могут быть неприятности, – Эйса перешла сразу к делу, попутно осматривая комнату в краешке отражении зеркала прихожей. Лупита была не одна.
– О, у меня уже неприятности, сестрёнка. Джо звонил. Велел тебе кончать выпендриваться и топать назад.
Эйса не могла прочесть выражение её лица. Странное злорадство напополам с презрением – если бы не дверная цепочка, Лупе наверняка спустила бы её с лестницы.






