ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Молодой нейробиолог попадает в неожиданный переплёт. Пытаясь выбраться, он принимает решения, которые меняют его судьбу, заставляя задуматься о том, что влияет на жизнь — выбор или случайность? Каж... Путь Евгений Владимирович Рякин © Евгений Владимирович Рякин, 2020 ISBN 978-5-4498-7430-6 Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero *** Месяц назад, в семь часов утра Алекс вздрогнул от громких сигналов в ушах: он забыл на ночь выключить коннект. Его глубокий сон потревожила незнакомая девушка с резким голосом. Представившись Мариной, организатором известной научно-популярной конференции «Две двойки», она сообщила, что у них заболел один из докладчиков. Тема его выступления «Современный взгляд на мир». Они начали срочно подыскивать замену и обратились в ректорат Ахейского ликея. Там ответили, что эта тема может быть интересна именно ему, то есть Александру Церебрауму. «Церебрауну!» — крутанул желваками невыспавшийся Алекс, подумав о том, какой же это дурак дал его айдишник. Девушка, не обратив внимания на недружелюбный тон своего собеседника, деловито продолжала убеждать его приехать и подменить заболевшего, утверждая, что на конференции будет пять, а то и семь тысяч зрителей. Александр, как услышал эти числительные, сразу ответил «нет». Ну, потому что нет! Да не собирается он никуда ехать доклады докладывать, у него работы много. Да пофиг ему, что у них под угрозой целый акт! Да, наплевать на их проблемы — он то тут при чём, девушка?! Но настырная деваха упрашивала, убеждала и, наконец, уговорила внести его фамилию в список, но с оговоркой «не точно, скорее всего — нет». Он еле согласился на такое условие, подумав, что сто процентов откажется, если позвонят в другой раз. Положил трубку, сматерился, уснул, и на утро забыл о произошедшем. Это было в прошлом месяце. А несколько дней назад его попросили прочитать лекцию в небольшой схоле соседнего полиса, в Акв

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Тогда он думал, что совершил первый мужской поступок, который папа оценит по достоинству. Но оказалось, что тому, мягко говоря, было наплевать на отрока. Постоянные переезды, многомесячные папашины командировки, беспросветное одиночество, из-за которого он однажды чуть не умер… — тут Алекс цокнул и поморщился, порезав кожу, — м-да, решение уехать к отцу было огромной ошибкой. Сейчас, через двадцать лет, это ясно, как божий день.

Да и потом он ничего хорошего в жизни не угадал — захотел стать доктором, пошёл учиться в ликей на выбранную профессию, и что в итоге? — Алекс взглянул в зеркало, оглядел обвисшую ванную с развешанными трусами и пожал плечами. Хотя, раньше он всё же любил работу — исследования, лекции, ученики. Но потом всё как-то поостыло и скисло: денег нередко хватало только на лабораторных крыс, да и этого недостаёт порой. Выделяют же так, крохи. Оборудование устарело, диссертации в самом полисе нельзя было защитить, только в Союзе, а там диссертационной комиссии нужно два-три года ждать. За это время технологии вперёд ускачут. Пока защитишь диссетруху — она уже никому и не нужна. Можно, конечно, дисскомиссию купить, это быстро и надёжно. Так все ушлые и делают: покупают диплом и становятся кандидатами, а то и докторами. Так и мчатся тройки диссертационных комиссий, неся науку куда-то вскачь, и вместе с ней несётся он, Александр Церебраун, или Алекс, как он сам себя всю жизнь называл.

А ещё, помнится, в высшем ликее у него появился гениальный план стать великим учёным. Ох, сколько надежд было, сколько фантазий! Алекс воображал себя новым доктором Уотсоном, причём, вовсе не тем, что прятался в тени Шерлока Холмса, а другим — великим гением, первооткрывателем структуры ДНК.

И что в итоге? Сколько лет он что-то пыжился, искал, экспериментировал, от скольких выгодных предложений отказался, бросил престижный Аквилейский ликей, вернувшись снова в занюханную Ахею. И что? К чему это привело? Да ни к чему! Всё коту под хвост!

С кислой миной Алекс добрил щёки. Вроде умный человек, а ничего в жизни понять не может. Всё, буквально всё, к чему он прикасается, идёт по кривой. Тридцать лет человеку, а так ничего в жизни не понял, ничему не научился, никуда не пришёл. Хотя, — он вскинул брови, — вот, выступил на конференции, хоть какой-то сдвиг в биографии. Алекс сполоснул лицо прохладной водой. Нагревать её ради бритья он не любил: водообогрев нынче дорог, да и вообще, холодная вода полезнее.

Немного взбодрившись прохладой, выйдя из душевой и покрутив писькой у зеркала, чтобы избавиться от грустных мыслей, он принялся одеваться. Сегодня Алекс решил отвлечься и развлечься, поэтому его путь лежал в сторону коллеги по работе — тридцатипятилетней Наташки, что работала завхозом у них в ликее.