ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Мировой бестселлер и настольная книга акуломанов, как специалистов, так и любителей. Несколько раз переиздавалась, переведена на многие языки, в том числе и на русский. Хотя книга и была написана 1... Тени в море Гарольд Мак-Кормик Глава 1 Тени нападают Он бежал по пляжу, устремляясь навстречу прохладному, манящему к себе морю. Только сегодня — 1 июля 1916 года — он приехал в Бич-Хейвен, курортный город в Нью-Джерси, и сейчас, буквально через несколько минут после приезда, уже был у кромки прибоя. Чарльзу Вэн-Сэнту недавно исполнилось двадцать три года, и жизнь расстилалась перед ним такая же манящая, волнующая и необъятная, как море. На ее горизонте, так же как у миллионов его ровесников, висело одно темное облако — война. Горизонт, окаймлявший море перед ним, был безоблачен. Позади, на берегу, стали появляться нарядно одетые люди. Скоро его отец и сестры тоже будут здесь. Они придут, как только кончат разбирать чемоданы и как следует устроятся в своих апартаментах, выходящих окнами на море. Где им было поспеть за Чарльзом. Само время не могло поспеть за ним! Путешествие из Филадельфии, где он жил, до Лонг-Бич-Айленд — узкой полоски земли, усеянной курортами, как близнецы похожими на Бич-Хейвен, — тянулось, казалось ему, целую вечность. В переполненном поезде было невыносимо душно. Наконец путь окончен. Чарльз пулей влетел в оставленный для них номер, натянул купальный костюм, накинул халат и бегом кинулся на пляж. Ныряя, он слышал, как кто-то на берегу напевал: «У моря, у моря, у дивного моря…» Море и правда было чудесным в тот день. Чарльз был хорошим пловцом. Рассекая воду мощными ударами, он плыл прямо в открытое море. Отплыв на девяносто метров, он остановился: хватит для первого раза. Он повернул обратно и, лениво взмахивая руками, неохотно поплыл к берегу, наслаждаясь покоем и одиночеством и стараясь продлить свое свидание с морем. Но одиночество это было обма

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Я поехал на Мексиканский залив, в Билохи, где водятся сумеречные акулы, черно-пегие акулы и остроносые скаты, и ловил их на спиннинг с борта судов, занимавшихся ловлей креветок. Когда рыбаки осматривают сети, они выбирают только креветок, а мелкую рыбешку кидают обратно в море. Так что акул было более чем достаточно.

Поймав акулу, я сразу же отрубал ей хвост и выпускал кровь. От этого мясо ее становилось белее. Как только мы подходили к берегу, я отправлял акул в Нью-Йорк в ящиках с сухим льдом. Они прибывали в прекрасном виде, и, как мне говорили впоследствии, большинство покупателей не имело никаких претензий".

Зная, что люди предубеждены против слова «акула», компания решила продавать ее под именем «грейфиш». Но правительство предложило продавать акул под их собственным именем, и на этом весь бизнес кончился.

Эта уловка — маскировка акулы под другую рыбу — применялась, и до сих пор применяется, во многих странах. Англичане испокон веку едят акул и скатов, часто под вымышленным именем. Неизвестный поэт елизаветинской эпохи, запечатлевший в своих стихах рыбу, которую ели в те времена, упоминает помимо сельди, трески, палтуса, морского языка и мерлана также морскую лисицу и ската. Может быть, имена эти не очень поэтичны, но, во всяком случае, автор откровенен и показывает нам, что в елизаветинскую эпоху англичане называли вещи своими именами. Шекспир также упоминает об акулах, но в таком контексте, что это вряд ли служит для них хорошей рекомендацией: в том снадобье, что варят три ведьмы в «Макбете», в числе прочих ингредиентов есть и пасть акулы.

В елизаветинскую эпоху мясо акул и скатов пользовалось большой популярностью, и, когда экспорт рыбы на континент взвинтил цены на английском рыбном рынке, любители рыбы в Англии были очень недовольны. В 1578 году ими была составлена петиция, которая начиналась так: «Поелику различная рыба, как то: морской угорь, мерлуза, сардины, скаты и колючая акула есть пища, повсеместно необходимая в нашем королевстве… а в настоящее время рыбу стали заготавливать впрок, засушивая ее без соли, или добывать из нее жир, все — на потребу чужим странам, то от этого проистекает большая нехватка и удорожание рыбы и нужда в нашем королевстве…»

Способы приготовления скатов и катрана — колючей акулы — на Британских островах в старое время ужаснули бы современного гурмана. На Шетландских островах, например, скатов для сохранения зарывали в землю, и считалось, что это придает им особый аромат. В Хайленде существовало блюдо под названием «квашеный скат», которое готовилось очень просто: ската вывешивали на несколько дней на открытом воздухе, чтобы он высох. С катрана снимали кожу, чтобы в нем нельзя было признать акулу, затем потрошили, сушили на солнце и продавали за лосося.