ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Мировой бестселлер и настольная книга акуломанов, как специалистов, так и любителей. Несколько раз переиздавалась, переведена на многие языки, в том числе и на русский. Хотя книга и была написана 1... Тени в море Гарольд Мак-Кормик Глава 1 Тени нападают Он бежал по пляжу, устремляясь навстречу прохладному, манящему к себе морю. Только сегодня — 1 июля 1916 года — он приехал в Бич-Хейвен, курортный город в Нью-Джерси, и сейчас, буквально через несколько минут после приезда, уже был у кромки прибоя. Чарльзу Вэн-Сэнту недавно исполнилось двадцать три года, и жизнь расстилалась перед ним такая же манящая, волнующая и необъятная, как море. На ее горизонте, так же как у миллионов его ровесников, висело одно темное облако — война. Горизонт, окаймлявший море перед ним, был безоблачен. Позади, на берегу, стали появляться нарядно одетые люди. Скоро его отец и сестры тоже будут здесь. Они придут, как только кончат разбирать чемоданы и как следует устроятся в своих апартаментах, выходящих окнами на море. Где им было поспеть за Чарльзом. Само время не могло поспеть за ним! Путешествие из Филадельфии, где он жил, до Лонг-Бич-Айленд — узкой полоски земли, усеянной курортами, как близнецы похожими на Бич-Хейвен, — тянулось, казалось ему, целую вечность. В переполненном поезде было невыносимо душно. Наконец путь окончен. Чарльз пулей влетел в оставленный для них номер, натянул купальный костюм, накинул халат и бегом кинулся на пляж. Ныряя, он слышал, как кто-то на берегу напевал: «У моря, у моря, у дивного моря…» Море и правда было чудесным в тот день. Чарльз был хорошим пловцом. Рассекая воду мощными ударами, он плыл прямо в открытое море. Отплыв на девяносто метров, он остановился: хватит для первого раза. Он повернул обратно и, лениво взмахивая руками, неохотно поплыл к берегу, наслаждаясь покоем и одиночеством и стараясь продлить свое свидание с морем. Но одиночество это было обма

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Свежая кожа легко может испортиться, как от сырости, так и от высокой температуры, поэтому ее надо предохранять и от дождя, и от солнца. После того как кожи вынимают из соляного раствора, их связывают в тюки или складывают в бочки и отправляют на сыромятню.

Рыбакам платят в зависимости от размера и состояния кожи и вида акулы. Когда акулу свежуют, ей отрубают хвост, часть головы и участок возле жаберных щелей, так что размер кожи всегда меньше размера акулы. Оплата основывается на длине кожи. Цена за первоклассную кожу колеблется от одного доллара за кожу длиной от девяноста сантиметров до одного метра до девяти долларов за кожу в два с половиной метра и более в длину. За кожу тигровой акулы платят больше, чем за кожу прочих видов акул, — от двух долларов за самую маленькую до четырнадцати долларов за большую.

Кожа считается первосортной, если на ней нет пятен, образовавшихся в результате гниения, порезов, нанесенных ножом «скорняка», дыр от гарпуна и «боевых шрамов», которые, как полагают, являются результатом битв между акулами. (Однако, поскольку шрамы эти, как правило, находят на коже взрослых самок, некоторые ихтиологи считают, что это — результат столкновения самок с чересчур пылкими самцами). Кожи второго и третьего сорта оплачиваются, соответственно своему качеству, ниже.

Предприимчивые рыбаки зарабатывают деньги даже на таких странных, однако пользующихся спросом предметах, как акульи трости и мумии акульих детенышей. Трости делаются очень просто — на железный стержень нанизываются позвонки акулы; их продают по двадцать долларов за штуку. «Мумии» изготовляются путем бальзамирования зародыша акулы при помощи формальдегида. В результате получается маленькая акулка, которую можно поставить среди безделушек на каминную полку. (Подобным же образом из глазного яблока акул изготовляются серьги — да поможет нам Бог!)

На коже некоторых мелких акул плакоидные чешуи оставляются нетронутыми, лишь подвергаются полировке. Это кожа — ее называют

боразо —

самая дорогая кожа на свете, пять квадратных сантиметров боразо стоят один доллар. Она идет на такие предметы туалета, как, например, ночные туфли.

Плакоидные чешуи оставляются в коже и в тех случаях, когда она идет на промышленные нужды, например, для того, чтобы начесать ворс на фетре, из которого изготовляют мужские шляпы. В Италии такой кожей полируют мрамор. Другой вид промышленной акульей кожи применяется для трансмиссий на ткацких станках.

* * *

Говоря о том, что мы извлекаем из акулы, нельзя обойти молчанием добываемый из ее печени редкий химический продукт, который еще в древности считался сильнодействующим лекарством.