ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Оба они пытаются выжить в Лондоне конца XIX века – мальчик, каких здесь полно, и волк, единственный в Соединённом Королевстве. Оба проверили на собственной шкуре, каково это – быть нужным только то... Туман Марта Палаццези © 2019 Editrice Il Castoro. All rights reserved. Original edition published in agreement with Grandi & Associati, Milano © Перевод, оформление, издание на русском языке. ООО «Издательский дом «Тинбук», 2021. * * * Наки хитро улыбнулся, не переставая шарить руками в грязи. История о Великом зловонии 1858 года была его любимой, и, хотя мы знали её наизусть, Наки умудрялся каждый раз добавлять новые, всё более ужасные подробности. Но его любовь к этой истории разделяли не все. – Только не это, Клэй. Неужели опять, – пробормотал Тод. Он стоял на коленях передо мной, погрузив руки по локоть в ил. – В смысле? – обиженно спросил Наки. – Я больше не могу слушать твою болтовню о мертвецах, навозе и потрохах животных, – ответил Тод. – Мы уже поняли. В 1858 году Темза воняла мертвечиной. Прекрасная история. – Летом 1858 года Темза не просто воняла мертвечиной, – оскорблённо возразил Наки. Он как будто считал хранение воспоминаний о Великом зловонии своей обязанностью. Я никогда не понимал, почему Наки одержим именно этим событием. Когда мы с ним познакомились, он уже был таким. Наки прокашлялся и поднял руку, готовясь начать один из своих подробнейших докладов. – Стояла засуха, и река обмелела. Даже королева Виктория и принц Альберт, отправившись на прогулку по реке, были вынуждены вернуться во дворец – так их испугал смрад. Темза и вправду превратилась в лужу, кишащую мусором и отходами, мертвецами и личинками… – Личинками? – перебил его я. – В прошлый раз ты говорил, что мертвецы были усыпаны мухами. – Какая разница? – возразил Наки, вытерев нос краем рубашки. – До мух были личинки. – Боже, Наки, да ты просто свихнулся на этой истории! – презрительно восклик

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Я не был святым и, конечно, оступался в прошлом, но не с Тодом и Наки. Я никогда не подводил их и теперь чувствовал себя отвратительно.

Тод поднял бровь.

– Даже ничего не скажешь?

– Я не знаю, что сказать, – признался я. – Кроме того, что ты прав и что мне очень жаль.

Мы молча смотрели на реку. Жизнь вокруг текла своим чередом, не ведая о нашей драме. Мадларки рылись в грязи, «клоачные охотники» спускались в канализацию, грузчики возились с ящиками и бочками.

– Ну, каков твой план? – вздохнул Тод.

Я растерянно уставился на него.

– О чём ты говоришь?

– О волке. Хоть я и не умею читать, слух у меня хороший. Полгорода собирается на охоту за ним.

– И я примкну к охотникам. Благодаря Старому Сэлу и мадам Лорне меня взяли в отряд. Мы выходим завтра утром.

Тод кивнул.

– Будет нелегко охранять территорию вдвоём. Псы с башни слишком часто стали скалить зубы. Но мы с Наки справимся. Ты же спаси волка. Это меньшее, что ты можешь сделать после всего, что натворил.

С этими словами Тод направился к мосту. Я остановил его, положив руку ему на плечо.

– Тод.

– Ну?

– Спасибо. – Я посмотрел ему в глаза. – Серьёзно.

– Возвращайся живым. Я не хочу провести жизнь с Наки. Я же убью его.

– Постараюсь.

– Я надеюсь.

Тод ушёл. Я смотрел ему вслед до тех пор, пока он не скрылся за рыбацким доком.

Я подошёл к повозке и постучался. Через несколько секунд дверь распахнулась, и на пороге показалась старуха.

– Здравствуйте, – сказал я, торопливо снимая потрёпанную шапку. – Я ищу Олли. Она здесь?

Бабушка Олли прищурилась, разглядывая меня. Вблизи она казалась ещё более старой, чем я думал. Загорелое лицо было испещрено глубокими морщинами, словно вырезанными ножом. Седые волосы отливали голубым.

– В 1788 году, – произнесла она с сильным акцентом.

– Простите?

– Я родилась в 1788 году, – сказала она. – Можешь сосчитать, сколько мне лет.

– Ого… – удивлённо пробормотал я. – Но как вы?..

– Мне не нужны карты, чтобы видеть людей. Особенно таких прозрачных, как ты. Это словно смотреть на водопад.

Я не знал, что ответить, поэтому промолчал. Теперь было ясно, почему Хирам боялся цыганки и считал её ведьмой.

– Прошу, только не это, – пробормотала старуха.

Я подпрыгнул на месте.

– Я не хотел…

– Я знаю, – отрезала она. – Моя внучка там.

Я обернулся, но ничего не увидел. И только решил сказать об этом старухе, как Олли вышла из-за повозки. Она несла ведро с водой.

Я подошёл к ней.

– Привет.

– Привет. – Олли осторожно опустила ведро на землю.

– Я только что познакомился с твоей бабушкой, – сказал я. – По-моему, я ей не понравился.

Олли выгнула бровь.

– Если бы ты ей не понравился, тебя бы здесь не было. Поверь. – Она потёрла одну ладонь о другую. – Кстати, зачем ты пришёл?

– Я ухожу завтра утром. Иду искать Тумана.

– Я видела тех, кто надеется поймать его. Не самые приятные люди.