Я не был святым и, конечно, оступался в прошлом, но не с Тодом и Наки. Я никогда не подводил их и теперь чувствовал себя отвратительно.
Тод поднял бровь.
– Даже ничего не скажешь?
– Я не знаю, что сказать, – признался я. – Кроме того, что ты прав и что мне очень жаль.
Мы молча смотрели на реку. Жизнь вокруг текла своим чередом, не ведая о нашей драме. Мадларки рылись в грязи, «клоачные охотники» спускались в канализацию, грузчики возились с ящиками и бочками.
– Ну, каков твой план? – вздохнул Тод.
Я растерянно уставился на него.
– О чём ты говоришь?
– О волке. Хоть я и не умею читать, слух у меня хороший. Полгорода собирается на охоту за ним.
– И я примкну к охотникам. Благодаря Старому Сэлу и мадам Лорне меня взяли в отряд. Мы выходим завтра утром.
Тод кивнул.
– Будет нелегко охранять территорию вдвоём. Псы с башни слишком часто стали скалить зубы. Но мы с Наки справимся. Ты же спаси волка. Это меньшее, что ты можешь сделать после всего, что натворил.
С этими словами Тод направился к мосту. Я остановил его, положив руку ему на плечо.
– Тод.
– Ну?
– Спасибо. – Я посмотрел ему в глаза. – Серьёзно.
– Возвращайся живым. Я не хочу провести жизнь с Наки. Я же убью его.
– Постараюсь.
– Я надеюсь.
Тод ушёл. Я смотрел ему вслед до тех пор, пока он не скрылся за рыбацким доком.
Я подошёл к повозке и постучался. Через несколько секунд дверь распахнулась, и на пороге показалась старуха.
– Здравствуйте, – сказал я, торопливо снимая потрёпанную шапку. – Я ищу Олли. Она здесь?
Бабушка Олли прищурилась, разглядывая меня. Вблизи она казалась ещё более старой, чем я думал. Загорелое лицо было испещрено глубокими морщинами, словно вырезанными ножом. Седые волосы отливали голубым.
– В 1788 году, – произнесла она с сильным акцентом.
– Простите?
– Я родилась в 1788 году, – сказала она. – Можешь сосчитать, сколько мне лет.
– Ого… – удивлённо пробормотал я. – Но как вы?..
– Мне не нужны карты, чтобы видеть людей. Особенно таких прозрачных, как ты. Это словно смотреть на водопад.
Я не знал, что ответить, поэтому промолчал. Теперь было ясно, почему Хирам боялся цыганки и считал её ведьмой.
– Прошу, только не это, – пробормотала старуха.
Я подпрыгнул на месте.
– Я не хотел…
– Я знаю, – отрезала она. – Моя внучка там.
Я обернулся, но ничего не увидел. И только решил сказать об этом старухе, как Олли вышла из-за повозки. Она несла ведро с водой.
Я подошёл к ней.
– Привет.
– Привет. – Олли осторожно опустила ведро на землю.
– Я только что познакомился с твоей бабушкой, – сказал я. – По-моему, я ей не понравился.
Олли выгнула бровь.
– Если бы ты ей не понравился, тебя бы здесь не было. Поверь. – Она потёрла одну ладонь о другую. – Кстати, зачем ты пришёл?
– Я ухожу завтра утром. Иду искать Тумана.
– Я видела тех, кто надеется поймать его. Не самые приятные люди.






