ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Ничто не остановит Эрано Экто, когда он хочет задать пару вопросов. Держись, рыжая жрица, Эрано идет за тобой! Пролог Человеческие шаги отличаются зачастую так же сильно, как и сами люди. Но то, как ходят простые смертные, меня не особо волновало. Несмотря на то, что и среди них хватает разнообразия, что мне толку от суетливых или ленивых шагов? Они не несут в себе никакой угрозы или полезной информации. Другое дело, шаги тех, кто вступил на путь восхождения и познания тайн. Среди них встречаются настоящие уникумы в плане шагов. Абсолютно бесшумная, крадущаяся или, наоборот, громкая и уверенная поступь, обещающая проблемы. За этими простыми описаниями могли скрываться продвинутые таинства, которые осваивались годами. В военном лагере чаще всего встречались солдатские шаги. Это когда солдат спорым шагом двигался в сторону цели, дабы выполнить приказ руководства. Сейчас, когда мои чувства после боя обострились, в лагере гуляли различные настроения касательно меня, а дальнейшая судьба была максимально неопределенной, я вслушивался и выискивал поступь проблем. А уж в какой форме она будет — так сразу и не скажешь. Бесшумная походка убийц с ножами, ничего не выражающая повара, что подсыплет яд в еду, или десятка солдат с копьями, что возьмут меня под стражу. Вариантов того, что подкинет эта ночь, хватало. Я заранее услышал типичные солдатские шаги с нотками аристократизма. Простолюдины ходили иначе. Старались не привлекать внимания господ. Аристократы же двигались слишком уверенно, демонстрируя высокое положение. Разве что в присутствии других аристократов они меняли шаг. Ещё до того, как вестовой показался в поле зрения, я догадался, что это всего лишь посыльный, цель которого — передать мне весточку. — Рядовой Эрано! — позвал он, заворачивая в сторону моей палатки. Сам я как раз и сидел возле этой палатки, но не просто так, а у костра, грея руки. Не то чтобы на улице сей

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Солнце ушло, луна ещё не взошла, а ночное зрение не позволяло видеть цвета в полной мере. Зато опыт позволял достроить картинку и распознать, что Резано бледный, как смерть.

— Ты как? — спросил я серьезнее.

Парень опустился на землю и развалился.

— Помирать не собираюсь. Яд расползался по телу. Я сначала перерубил каналы, но этого не хватило. Пришлось отсечь руку. Иначе бы умер.

— Ты псих.

— Сам деревенщина.

Слова походили на бред, но нет, мы всегда так общаемся.

— Лекарства принял?

— Конечно, — глянул он на меня.

Рядом с ним лежали опустошенные флаконы. Останавливающие кровь, придающие сил, бодрящие и не дающие отключиться, ускоряющие исцеление. Я пригляделся к обрубку и увидел, что тот покрылся коркой.

Только вот… Оружие Резано — его кулаки. Оставшись без руки, он превратился в инвалида и потерял будущее.

— Эй, аристократик, — сказал я ему, — тебя ведь эта царапина не остановит? Ты не будешь плакаться и жаловаться на судьбу?

— Царапина? — переспросил он. — Плакаться я буду, когда вернемся в лагерь.

— Правильный настрой. Глядишь, так у Халы появится шанс обогнать тебя. С бревном тебе точно бегать неудобно будет.

— Да пошёл ты, — рассмеялся Резано.

Я тоже улыбнулся, хотя внутри был серьезен.

— А что это с твоей подругой? — спросил он, глядя на жрицу.

— Она мне не подруга, — машинально ответил я.

С момента, когда парня ранило, прошло от силы минут десять. Ночь только начиналась. Самое сложное было впереди.

И происходящее со жрицей намекало на то, с кем именно сложности будут связаны.

— Дерьмо, — резюмировал я увиденное.

Тело ломалось, поднималось и хрустело. Духи рождались и выходили прямо из него. Они роились вокруг жрицы, и за ту пару секунд, что мы наблюдали, их выскочило трое.

На такой дистанции я не рискнул метать копье. Обратно вернуть не смогу. Выбрал лук. Его я с собой тоже таскал. В несобранном виде преимущественно. Сейчас он валялся рядом с Резано.

Пока натягивал тетиву, духов стало семь, а жрица полностью распрямилась.

Первая стрела угодила ей в живот. Вторая в грудь. Третью она поймала и откинула в сторону.

— Твоя подруга упрямая, — сказал Резано. — Сам справишься?

— Не знаю, — честно ответил я. — Пока не вижу ничего сложного.

И именно в этот момент рядом с нами вывалилась большая стая.

Эпилог

Солнце поднялось в зенит, отразилось от скал, и лучи попали на веки. Это вызвало мучительную боль.

Голова разрывалась. Бок пылал огнём. Лодыжка саднила, и ею было страшно шевелить, чтобы не вызвать новую вспышку боли.

Рядом валялся Резано. Я бы и рад положить его поудобнее, но у самого сил не хватало.

Ночь… Ночь вышла настолько же плодотворной, насколько и жестокой.

Рядом со мной, с противоположной стороны от Резано, в грязи лежал мешок, заполненный эссенциями. Хватит на нас двоих, ещё и останется пара горстей.