ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Безумец с тёмным прошлым… В Городе Греха Дмитрий Севастьянов находит её — Викторию Валентайн — сексуальную, беззащитную девушку, нуждающуюся в опёке. Одержимость глубоко пускает в него свои к... Игрок Кресли Коул Этапы многоходовки (только для профи) Найти клиента. Цель — жадный, бесчестный, имеющий отношение к криминальным кругам. Подготовительная работа. Выяснить подробности личной жизни, устранить препятствия, собрать команду. Встреча. Обеспечить незабываемое первое впечатление. Внедрение. Интегрироваться в жизнь клиента. Разогрев. Постепенно познакомить клиента с нуждами. Жертва. Пожертвовать чем-то ценным, чтобы укрепить доверие клиента. Кризис. Ультиматумом создать ощущение срочности. Клиент должен либо действовать, либо навсегда упустить возможность. Ловушка. Вынудить клиента принять на себя нерушимые обязательства. «Желание — словно игра в шахматы. Делай всё, что требуется, чтобы победить». — Дмитрий Севастьянов, компьютерный гений, самостоятельно заработавший состояние «Главное правило аферы: никогда-никогда-никогда не влюбляться в клиента». — Виктория Валентайн (Вайс), гордая специалистка по искусству втирания в доверие Тёплый августовский ветерок трепал выбившийся из моей причёски локон. С того момента, как я начала наблюдать за площадкой, Дмитрий отшил уже с десяток девушек. Туда только что поднялась очередная группка питающих надежды. Похоже, о вечеринке знала каждая девушка на Стрипе — бесплатная еда, алкоголь и подходящий миллиардер в наличии. Пит пожал своими громадными плечами. Клянусь, в свои двадцать девять он всё ещё продолжал расти. — Я не прошу тебя начинать розыгрыш, — то есть аферу, — против Дмитрия. Просто скажи своё мнение, пока мы не избавились от всей команды Севастьяновых. Будучи одновременно и специалистом по подбору персонала, и наставником в организации мошеннический операций, Пит устроил меня и мою сестру в ВИП-зону подавать коктейли (

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

С интуицией происходило то же самое: она, словно колючка, впивалась в меня снова и снова, несмотря на то, сколько раз меня спасали нежность, забота и щедрость Дмитрия. И эта тревога не давала мне полностью влиться в новую жизнь.

Не давала влюбиться в него без оглядки.

Мой взгляд упал на его пустой безымянный палец на левой руке. Пообещав купить ему обручальное кольцо — под влиянием момента и его великодушия — теперь я беспокоилась, что приняла слишком поспешное решение.

Кольца — это символы; разве я могу связать себя вечной клятвой, если между нами ложь и сомнения?

Дмитрий пошевелился в кровати, прервав мои размышления. По-прежнему не отрывая взгляда от окна, он рассеянно провёл пальцами по еле заметному шраму. Если муж когда-то пытался покончить с собой, сколько я могу сдерживаться, не задавая об этом вопросов?

Словно почувствовав мои внутренние метания, он повернулся ко мне:

— Ты проснулась.

Я тоже села, прижавшись к спинке кровати.

— Сколько я спала? — На мне была одна из его футболок, но только потому, что сегодня в доме была горничная.

— Недолго. Только что принесли чай. — На краю огромной кровати разместился поднос с серебряным чайничком и сладостями. Он налил мне чашку чая, добавив в него мёд, как я любила.

Я сделала глоток. Бесподобно.

Сев рядом со мной, он взял меня за руку, словно только и ждал моего пробуждения, чтобы переплести наши пальцы.

Жизнь была так прекрасна, когда я умудрялась забыться и жить настоящим моментом. Мы катались верхом, исследуя побережье. Он дважды возил меня в другие города с ночёвкой (по магазинам на Родео-драйв и осмотреть достопримечательности Сан-Франциско), постепенно приучая меня к путешествиям.

Если мы играли в шахматы, он всегда выигрывал, отчего мне до смерти хотелось сразиться с ним в покер. Но я поклялась навсегда распрощаться со всем, что было хоть как-то связано с моим прошлым, даже с простой колодой карт, моей любимой коробочкой два с половиной на три с половиной дюйма.

Спустя двадцать лет моя шулерская карьера окончена.

Чёрт.

Чувствуя на себе его взгляд, я сделала очередной глоток. Дмитрий изучал меня, словно пытаясь взломать какой-то код.

Пару раз я чуть не прокололась.

Когда вокруг него уж слишком назойливо стала вертеться официантка, он заметил, что я ревную.

— Не забывай, что я официально принадлежу тебе, — поддразнил он меня, когда официантка удалилась.

Я гневно сверлила взглядом спину девушки:

— В таком случае, это меня примиряет… — я едва успела прикусить язык, чтобы не ляпнуть

«с законом».

И, чёрт возьми, мухлёж с парковочным автоматом был просто моей второй натурой!

Да все мои будут рано или поздно прокалываться.