ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Как сильно человек может поменяться? Что может его сломить? Что мы готовы пережить? Некогда беззаботный мир начал меняться, что-то начало происходить и последнее путешествие героя заставляет его повер... Странник Роман Евгеньевич Бейнарович Плохой попугай Стук… Раз… Два… Я стараюсь не дышать, дабы не привлечь внимание, и в этой тиши лишь стук своего сердца. Из-за засухи во рту дыхание спирает слишком сильно. Громкие шаги, уходящие куда-то в сторону, заставляют расплыться в улыбке и сильнее сжать рукоятку драгоценного кинжала. – Теперь мы расплатились, Артур, – тихо прошептал я, разглядывая кинжал и вспоминая тот день, когда, попав в передрягу, он кинулся наутёк и оставил меня наедине с бандитами. Я же не виноват, что в его лавке кинжал так небрежно лежал и манил всех к себе. Переворачивая кинжал в руках, я пытался посчитать, сколько здесь камней, но невыносимо жуткое мерцание не давало мне его рассмотреть. Завернув драгоценное оружие в платок, я кинул его в котомку и посильнее завязал, для пущей сохранности. Оглядевшись по сторонам, я вышел из-за массивного шкафа, весьма потёртого и без ручек, но всё равно хорошо выглядящего для пустынной местности, и направился на рынок, укрывая платком лицо от песка и пыли. Жаркое солнце Южан припекало так сильно, что я чувствовал, как пот стекает по моему лицу, но времени оставалось не так много, чтобы где-то отдыхать, ведь торговец скоро уедет, и я не смогу обменять кинжал. Идти было недалеко; к тому же по зловонному запаху, который становился всё сильнее, я понимал, что двигаюсь в правильном направлении. – А-а-а… Это ужасно, – закрывая нос, сказал я с отвращением. Запах стойла с десятками лошадей и мулов был ни с чем не сравним. Выйдя прямо к стойлу, я решил сразу проверить своего коня, дабы дважды сюда не ходить и не вкушать эти ароматы. Мой конь тоже не любил жару, поэтому его можно было найти только у поилки. – Я так и думал,

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Глядя в потолок шатра, я не заметил, как ко мне подсел врач и начал со мной говорить.

– Ты, наверно, думаешь о завтрашнем дне? Отвечу сразу, ты единственный живой, кто вернулся из той разведки в лесу, и сейчас ты у многих командоров и генералов вызываешь опасения, —

недвусмысленно закончил врач.

– Вы нас бросили и мне говорите об опасениях, —

резко ответил я ему.

– На нас напали, убили всех…

– Тише, не горячись. Я не обвиняю тебя, просто рассказываю думы других, —

спокойно отвечал он мне.

– Меня зовут Джер, но это, конечно, тебе неинтересно и пока ты будешь под моим присмотром.

–

Я… я не думал, что может произойти такое.

–

Война всегда не такая, как её описывают или представляют,

– ответил Джер.

–

Для меня лишь деньги важны в этом, я всегда работал для удовольствия.

Врач вдруг разразился смехом.

–

Ты не первый такой, много кто идёт за наживой.

Я взглянул на него с негодованием, будто он меня оскорбил и задел чувства. Джер был в старом потрёпанном халате, с запачканной кровью нашивкой главного врача. Он сидел, облокотившись на свой столик, и перебирал в руках игральные карты.

–

На войну все ринулись как дети, кто-то ждёт здесь славы, кто-то,

– взглянул на меня он, —

ждёт гору золота за службу, а кто-то… а кто-то ищет опыта в своей профессии,

– усмехнулся Джер.

–

Может, ты и прав.

Я опустил голову на подушку и просто закрыл глаза, мне хотелось спать и ничего более.

– Как вы бежали оттуда?

– Меня отпустили, точнее, без сознания вытащили в лес и там оставили…

Резко закашляв, генерал перевёл взгляд с края комнаты на меня; подняв бровь, он вопросительно посмотрел мне в глаза, так что мне стало не по себе. Мне хотелось отвернуться и не видеть его, но так я мог вызвать лишь подозрения.

– То есть вот так просто взяли и отпустили? —

продолжал напирать генерал.

– Нет, они хотели что-то от меня, но я ничего не знал, они лишь просили передать, что грядёт восстановление старой империи, —

пытаясь вспомнить события тех дней, отвечал я.

– Старой империи… —

задумчиво повторил он за мной.

– Он сделал на этом акцент и больше ничего не говорил.

– Капитан, вы знаете что-то о старой империи?

Я снова оказался под прицелом внимания, словно древний философ, воскресший посреди храма.

– Да, некогда Северяне, Уркос и мы, то есть Рохейлим, были единой империей, —

напрягая память, отвечал я. Уроки истории не слишком меня привлекали, в отличие от моего брата, но что-то я всё равно смог запомнить.

– Да, но не всё так просто. Империя всегда была разделена, –

тяжело вздохнув, начал генерал.

—

Были провинции, соединённые в три королевства, собственно, вы их уже и назвали. Всё было хорошо, пока одна из провинций не захватила власть в Уркос, позже они начали гражданскую войну за имперскую власть, а дальше…

– Империя распалась, –

закончил я вместо генерала.