ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Гриша и его команда смогли подготовиться к вторжению. Организация, основанная ими, намного обогнала остальное человечество в техническом развитии. Вот только хватит ли этих сил, чтобы противостоять ст... Апокалипсис Сергей Котов Часть I. Пространство 1 Больше всего я жалел, что так и не удалось заехать к родителям. Сразу, как только я немного пришёл в себя после любовных переживаний, Катя огорошила меня заявлением: «Гриша. Тебе нужно лететь. У нас очень мало времени!» После этого, не давая опомниться, она отвела меня в реабилитационный центр на космодроме, где меня заставили раздеться и погрузили в какой-то мутный тёплый раствор. — Это новая разработка, — улыбнулась она, — медицинские наноботы. Они быстро приведут тебя в спортивную норму! — Так уж и в спортивную? — я с сомнением изогнул бровь. — Не сомневайся! Правда, процесс довольно болезненный. Поэтому сейчас ты потеряешь сознание, но не бойся! Это для твоего же блага! Я хотел было возмутиться и даже начал поднимать руки, чтобы схватиться за железные поручни и вылезти из жижи, но тут моё тело вдруг расслабилось. Мышцы стали очень тяжелыми. А потом меня накрыл сон без сновидений. Проснулся я в очень хорошем настроении. В окно светило яркое солнце, через открытую створку задувал приятный ветерок. Пахло морем. Я потянулся. Встал и подошёл к окну. За буйством тропической растительности чуть дальше виднелся кусочек песчаного пляжа. Мне немедленно захотелось нырнуть в море. Я оглядел помещение, и только увидев своё отражение в ростовом зеркале осознал, что был совершенно голым. Уж не знаю, что делала со мной та жижа, но моя форма действительно оказалась вполне на уровне. Как будто я продолжал регулярно ходить в спортзал и правильно питаться, а не гонялся за злобными пришельцами в далёком прошлом Земли. Зеркало оказалось сдвижной дверцей шкафа-купе. В самом шкафу были несколько халатов, тапочек, комплектов нижнего белья,

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

— Эй! — воскликнул Эльми (буду называть его так; в конце концов, не самое сложное имя), — ты чего?

— Ты… разве не голограмма?

— Обижаешь, — осклабился Эльми, — ты, наверно, решил, что я что-то вроде Алисы, да? Нет, Гриша. Я, скажем так, гораздо масштабнее. И вполне в состоянии синтезировать себе нужное тело. И комфортную обстановку для своего гостя.

Я молча вернулся на своё кресло. Конечно, я заметил, что он назвал меня по имени, хотя я не представлялся. Но задавать вопрос на этот счёт не стал. В этом не было никакого смысла.

— Что ж, — сказал Эльми, — начнем, пожалуй.

С этими словами часть стены в помещении превратилась в объемный экран. В самом центре его горела небольшая синяя точка.

— Большинство людей, Гриша, думают, что человек способен вообразить только три линейных измерения пространства, — проговорил Эльми, — и это легко объяснить. Перед тобой точка. Одномерный континуум. Чтобы он стал двухмерным, нужно поставить бесконечное число точек в ряд, добавив координату. Вот так, — точка на экране вытянулась и превратилась в сияющую линию, уходящую в бесконечность, — не сложно, правда? Что теперь сделать, чтобы линия превратилась в плоскость?

— Добавить ещё одну координату, — ответил я, — и растянуть по ней множество линий.

— Верно, — улыбнулся Эльми, — с кубом, я думаю, принцип будет понятен, да?

Плоскость на экране превратилась в синий светящийся куб.

— А вот дальше вроде как затык. Верно, Гриша?

Я не ответил.

— Но есть одна хитрость, которая позволит обойти ограничение, прописанное в информационной матрице существ, считающих, что они живут в трёхмерном пространстве, — сказал Эльми, — точнее, пространстве-времени. И это ключевой момент, Гриша.

Старик замолчал, явно ожидая реакции с моей стороны. Но её не последовало.

— Ты ведь знаком с гипотезами о множественности миров, верно? — спросил он, вздохнув, — кажется, к этому приходят все, или почти все миры, когда открывают для себя фундаментальные основы. То, что вы называете квантовой механикой.

— Допустим, — сдержанно ответил я.

— Это визуализировать в голове не так сложно, как четырёхмерный куб, верно? — усмехнулся Эльми, — просто бесконечно ветвящееся дерево. И промежутки между ветвями настолько малы, что их, в общем-то, нет. Точнее, они, конечно, есть — но равны самой фундаментальной единице, — он сделал паузу, как бы подчёркивая важность того, что будет сказано: — Каждый мир отличается от следующего ровно на одну единицу информации. Во время нашего разговора мы, как ты понимаешь, наплодили несчётное число других вселенных, где сидим мы с тобой и беседуем. Но каждый раз те беседы чуть отличаются от нашей. На один звук. На один жест. Впрочем, ты ведь достаточно умный парень, и понимаешь, о чём я говорю.