ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Профессия инженера Скамова – строитель. За двадцать лет заготовлено немало кирпичиков будущего общества – Союз Труда, артели, издательства, Красная гвардия, Советы по всей стране, но помимо них есть с... Председатель Д Н Замполит Глава 1 – Слово для отчетного доклада предоставляется Председателю президиума Верховного Совета Советского Союза, Генеральному секретарю Центрального комитета Коммунистической партии товарищу Скамову Михаилу Дмитриевичу. Сияние ламп. Громадные хрустальные люстры. Зал, похожий на Кремлевский Дворец Съездов, тысяч на пять мест, не чета Большому театру. Я собрал бумажки и шаркающей старческой походкой двинулся к трибуне, на груди в такт шагам закачались награды. Дойти бы, не упасть, в моем возрасте это не шутка… Съезд победителей встал как один человек и приветствовал меня оглушительными аплодисментами. Соратники за спиной хлопали в ладоши с не меньшим энтузиазмом – Муравский, Красин, Ульянов, Чернов, Кропоткин, Натансон, Савинков, Губанов, Сталин, Жаботинский… «Господи,» – мелькнуло в голове – «а его когда успели избрать?» Добрался, поправил микрофон, разложил текст, прокашлялся… черт, в горле сухо как при похмелье, хорошо хоть графин тут стоит. Налил полстакана, предательски звякнув несколько раз о край, выпил до дна. Собрание терпеливо ждало. – Тоа… кх-кхе… ини… – несмотря на воду, в глотке першило, и я подавился первыми словами. Из зала на меня смотрели тысячи глаз. Все первые ряды занимали известные мне люди – военные, ученые, инженеры, путейцы, кооператоры… – Тоа… – попытался я еще раз. – Жги, Митрич! – выкрикнул из партера Ваня Федоров. Горло сжало как обручем, язык еле ворочался. Похоже, я не смогу выдавить даже пресловутые «сиськи-масиськи»… Понемногу нарастали шепотки, сливаясь в гул. – Тоа… – я закашлялся, глаза налились слезами. Схватило сердце, тело повело влево, рука скрежетнула ногтями по бортику кафедры, а я завалился на пол, без

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Пусть будет проклято и забыто прошлое!

Угу. Забыто. Почти вся мелкая шушера, выпущенная временными, немедленно принялась за старое. Хорошо хоть наверху хватило мозгов не выпускать сидевших по серьезным статьям, но кое-где они сумели вырваться сами в момент освобождения политических. В Москве-то все прошло гладко, а вот в Питере или Одессе нет…

– Последние новости из Питера знаешь? – как будто услышав его мысли, спросил Федоров, ставя на стол стаканы в подстаканниках и чайник.

Митя помотал головой и улыбнулся – небось, градоначальнику подавали уже в стаканах, какой там чайник.

– Милюков, зараза, заявление союзникам сделал, дескать, будем воевать до победного конца. Или до последнего солдата. Так едва правительство не скинули.

– С чего это? – дело наведения порядка в Москве порой не оставляло времени на сон, так что и от политических событий Митя отстал.

– Так никто воевать не хочет. Так, терпят, лишь бы немца дальше не пустить, а не эти вот милюковские проливы, без которых он жить не может. Ну, побузили, состав министров перетасовали. Заодно линкоры переименовали – теперь вместо императоров «Воля», «Демократия» и «Свобода». А! Керенского помнишь?

– Керенского… Вроде у дяди Коли в «Правозащите» был такой адвокат, потом в Думу выбрали.

– Ага, он самый. Так он в правительстве, министр юстиции нынче.

– Погоди, так Исполком же всех депутатов от Союза Труда предупредил, чтоб не лезли?

– Вот все и не лезут, а этот полез, – дуя на чай неодобрительно сообщил Федоров.

– Исключат, как думаешь?

– Должны. Дисциплина все-таки. Пусть и дальше сами в дерьме мажутся, а нам незачем.

Чай допить они успели под мечтания о том, как вернутся к своим занятиям, когда милиция заработает как следует. Иван твердо намеревался учиться дальше:

– Ты вон, ученый человек, а у меня только Пречистенские курсы да подпольные университеты. А нам очень образованные люди нужны, тут я с Михал Дмитричем всем сердцем согласен.

– Товарищ Федоров! – дверь без стука распахнул посыльный. – там к товарищу Скамову пришли!

Посетителями оказались трое молодых людей необычного вида.

– Мы представители преступной молодежи, – заявил первый. – Хотим организовать союз молодежи из нашей братвы.

– Хотим бросить воровство и всякое такое, – пояснил второй, вихрастый парень.

– Помощь нужна, – широко улыбнулся третий, засветив металлический зуб.

Вот так Митя и оказался на Хитровке. Бывал он тут и раньше, но краешком, а вот в самой гуще не доводилось. Его провели мимо знаменитого дома-утюга, трактира «Каторга», в переулки между Солянкой и бульварами. На небольшой площади бойко шла торговля съестным – торговки в лохмотьях насовывали покупателям, замотанным в тряпки, нечто горячее.