ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Пятеро незнакомцев спешат на последний поезд метро. Один торопится покинуть страну. Второй бежит от полиции. Третий пытается оттолкнуться от дна. Четвертая убегает от прошлого. А пятая – от самой с... Метро Иван Прохоров Пролог Июнь 1991 года. За 30 лет до… Подперев щеки кулачками, Саша наблюдал за крохотной птичкой, прыгавшей по толстой ветке за окном. Повадками птичка напоминала воробья, но сияла на солнце как настоящий попугай, переливаясь диковинным пепельно-ржавым оперением. Раздув красную грудку, она затрясла огненным хвостом, превратив его в крохотное пламя. – Го-ри-хвост-ка, – тихо проговорил Саша, не догадываясь даже, что точно угадал ее название. Птица будто услышала его, посмотрела на него боком, по-птичьи и, задрав белолобую головку, выдала в вечерний зной знакомый тревожный перелив. Так вот кто будил его по утрам. Чувствуя обнаженными коленями холод батареи, Саша сидел на тумбочке, придвинутой к подоконнику, словно затаившийся охотник, но предметом его интереса была отнюдь не птица. Он ждал, когда затихнут шаги в коридоре. На его беду шаги затихли прямо за его спиной. – Ты что! – Прозвенел возмущенный голосок. Мальчик мгновенно обернулся. За кроватями, в дверном проеме стояла девочка. На пухлых щеках горел матерый загар, в округлившихся карих глазах сияло заходящее солнце. – Тебе нельзя его надевать! – Почему? – Саша проследил за ее возмущенным взглядом и тронул перебинтованными пальцами тесемку под подбородком. – Это только для тех, у кого день рождения! По правде говоря, ему самому это не нравилось. Полчаса назад Ирина Петровна вручила ему дурацкий колпак из цветной бумаги, велела надеть и идти на спортплощадку. Сегодняшняя суббота оказалась богатой на дни рождения. Во всем лагере сразу у троих, включая Сашу. Ему достался самый потрёпанный колпак, обклеенный выцветшей розовой бумагой и усеянный почерневшими от времени серебряными блестками. – У меня сег

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

– Можно.

– Кому все это понадобилось?

Пустовалов открыл сумку, оглядел темно-розовые пачки и поднял взгляд.

– Точнее даже не кому, а для чего?

Ясин встал.

– Время от времени кому-то приходит в голову, что можно навязать миру свои правила. Но это иллюзия. Все эти новые правила всего лишь старый хаос, а потом кому-то приходится убирать дерьмо. – Сказал он. – Удачи.

Пустовалов поднялся.

Ясин подошел вплотную к Пустовалову, заглянул ему в глаза и неожиданно обнял.

– Хитрый ты сукин сын, Саня!

В лифте у повеселевшего полковника развязался язык, но Пустовалов прижал его к стенке.

– Слушай меня внимательно. Времени у нас очень мало.

- Что? Отвали, болван!

Но полковник начал что-то понимать. Он ведь не был дураком.

– Внизу будет многолюдно. Нигде не останавливайся, ни на что не реагируй…

– Саня…

– … что бы тебе не сказали – не отвечай.

– Что-то случилось?

– Нам надо сесть в мою машину.

Полковник посмотрел ему в глаза.

– Ты ведь… продал ему настоящий аппарат?

– Игорь, я не шучу.

– Серьезно? Ты решил, что можно надуть этого человека?

Лифт замер.

– У вас… у вас, что это в крови? Какой-то инстинкт – вы просто не можете не жульничать? Дай сюда сумку!

Пустовалов перехватил руку Басурова. Он был намного сильнее полковника.

– Ты не понял? Нас с самого начала не собирались выпускать отсюда.

– Ты больной!

– Просто сядь машину. Потом все обсудим.

Полковник замотал головой.

– Я в этом не участвую.

Двери лифта открылись.

Они все были внизу.

– Идем!

Пустовалов вытолкнул полковника в вестибюль. Полковник тут же вырвался и попытался вернуться в лифт, но двери уже закрылись, лифт поехал наверх.

Басуров защелкал кнопкой вызова.

– Идем, – сквозь зубы повторил Пустовалов, но полковник уже переместился к лестнице.

– Не дайте ему уехать! – Закричал полковник, убегая на лестницу.

Пустовалов вздохнул. Ему и без этого вопля никто не собирался «давать уехать». Пустовалов прошел мимо бородачей и вышел на улицу, остановился. В лицо ударил холодный воздух и вихрь колючих снежинок.

«БМВ Х5» уже прилично замело. Он все так же выделялся из ряда на полкорпуса. До пассажирской двери было около пятнадцати метров.

Пустовалов знал, что едва он сделает первые шаги, как в дверном проеме КПП появится охранник, который там сейчас прячется. В руках у него будет бейсбольная бита или что-то вроде того. Он сыграет на отвлечение, в то время, пока кто-то из бородачей подойдет сзади и оглушит его. Они не будут выходить сейчас, когда он стоит перед дверью. Они дождутся, когда он отойдет на пару шагов, чтобы иметь больше пространства. Также, они, скорее всего, не будут связываться с огнестрелом, пока он под их контролем. Оглушат, а потом просто задушат и бросят в контейнер. Таков их нехитрый план. Пустовалов понял его, как только они сюда приехали.