ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Я желаю ее настолько сильно, что внутри все переворачивается. Хочу ее до боли, но она не моя. Чужая женщина, жена, вещь. Она кажется недостижимой, но я готов на все, чтобы быть с ней. И я обязатель... Ветреный Агата Лав, Адалин Черно А потом я увожу ее вниз, заставляя опуститься на колени передо мной. Ее смазливое личико оказывается между моим пахом и гладкой стенкой, на которую она откидывается затылком. Смотрит на меня и ждет, что я помогу ей дальше. — Умеешь? — спрашиваю глупость, подыгрывая ей, решившей изображать невинную принцессу. — Или нужно… Удар! Смачный, хлесткий, но девчачий. Он не сбивает меня с ног, но неприятно обжигает правый бок и заставляет на рефлексах отступить в сторону. — Подонок! Ублюдок! Сукин сын! Поворачиваю голову и понимаю, что все ругательства предназначаются именно мне. Как и раскрасневшееся от злости лицо и расширенные зрачки. — Отойди от нее! — командует незнакомка в темно-синем пиджаке, по которому гуляют кислотные дуги прожекторов. — Сейчас же! — Исполнено, — усмехаюсь ей после того, как разворачиваюсь и утыкаюсь плечом в стенку коридора. — Ах, ты… — она задыхается и не находит слов, будто действительно думала, что я забьюсь в угол от стыда и чувства вины, а потом переключается на притихшую малышку. — Лиза, вставай. Господи, ты понимаешь, что творишь?! Или ты пьяна? Он напоил тебя? Да? — Нужно делать паузы, чтобы человек мог ответить, — встреваю, посматривая вниз. Я нависаю над шумной незнакомкой и своим несостоявшимся минетом и не верю, что вернулся в далекие времена, когда вдруг могли явиться родители. Да и как она может быть ее мамой? Разница в возрасте есть, но не на поколение. Может, старшая сестра? Или сумасшедшая соседка? — Тебе нужно заткнуться, мальчик, — она поворачивает голову и смотрит на меня с презрением. — И чего ты тогда всполошилась, если я мальчик? Чем бы мальчик твою сестренку попортил? Я ее бешу. А я вдруг замечаю,

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

У меня даже денег нет.

— Это не мои проблемы, — слышу последнюю фразу, прежде чем он бросает трубку.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Хочется разбить чертов телефон об асфальт, потому что меня все это достало. Настолько, что хочется завыть. Вот так всегда — я виновата во всем. Ищешь его дочь — плохо, не ищешь — не любишь, пытаешься быть хорошей — подлизываешься, потому что что-то натворила.

— Проблемы? — слышу сзади и закипаю.

— Какого хрена тебе надо? Ты получил что хотел, чего снова приперся?

Говорю зло, а сама любуюсь его внешностью. Небрежностью, которая сквозит в каждом его движении. Он уже в куртке, но она все равно распахнута на груди и открывает взору мощную шею с золотым кулоном.

— Серьезно думаешь, что поцелуй с тобой заменит глубокий минет? — его рот выдает самое мерзкое, что я когда-либо слышала в свой адрес.

Его образ мальчика-мечты рушится на глазах и я чертовски рада этому. Решаю, что не скажу ему больше ни слова и просто спускаюсь по ступенькам, чтобы выйти на тротуар и вызвать такси. Нажимаю на кнопку снятия блокировки и… ничего. Телефон не реагирует. Нажимаю еще раз и держу, пока не вижу оповещения о разряженной батарее.

— Точно не нужна помощь? — снова его настойчивое предложение.

— Нужна, — поворачиваюсь. — Дашь позвонить?

— Держи, — протягивает мне айфон последней модели и прислоняется к ограде.

Единственный номер, который я знаю на память — муж.

— Слушаю, — слышу собранный голос мужа и расслабляюсь.

— Антон, это я. У меня сел телефон и я не могу позвонить в такси. Ты не мог бы…

— Откуда ты взяла телефон?

— Одолжила у парня на улице.

— У парня, значит, — слышу как его голос меняется, как он буквально шипит злостью. — Я уже сказал, что это не мои проблемы. Добирайся как знаешь, — холодный, как сталь голос и гудки, после которых я реально хочу разбить телефон.

— Эй, нет, Ангел, — парень выхватывает свой айфон. — Бей свое.

— Угу, — я потеряно иду к выходу, когда незнакомец снова хватает меня за руку.

— Погоди.

— Что еще? Заплатить за звонок? — резко разворачиваюсь к нему.

— Я хочу помочь, — он поднимает руки в примирительном жесте и мило улыбается, обнажая белоснежный ряд зубов.

— Правда?

— Да.

— Давай напьемся. У меня есть вот этот телефон, — пихаю ему свой потрепанный шестой айфон, — но нет денег. Можем что-то придумать?

Он оценивает телефон всего пару секунд, затем запихивает его в карман моей шубы, хватает меня за руку и ведет в клуб.

— Что ты будешь?

— Не знаю… Я обычно вино.

— Дай угадаю, красное сухое?

— Да.

— Оно запрещено в клубе. Детские утренники проходят в другом месте.

Она качает головой на шутку и поворачивает к стойке первой.