Разберётся, ауры читать умеет лучше меня.
Убивать она умела и любила, что и продемонстрировала буквально через секунду. Её левые щупальца удлинились на несколько метров и захлестнули шею ближайшего демонопоклонника, проникая ему в рот. Практически сразу же агонизирующее тело несчастного стало претерпевать разительные изменения. Кожа погрубела и покрылась шипами, появились когти, и вот перед нами уже не человек, а какой-то монстр. Который с большим удовольствием набросился на своих бывших товарищей. Одновременно демоница отправила в двух других культистов серые сгустки. Эффект был мгновенным. Кожа противников стала расползаться, обнажая мясо и мышцы. Культисты начали гнить прямо на глазах. Их захлёбывающиеся от боли крики повергали в ужас. Впрочем, они это заслужили.
Демон-заклинатель тоже не терял времени даром. От его заклинаний враги замедлялись, замирали на месте и становились лёгкой добычей для гончих. Ульрик тоже вносил свою лепту — то тут, то там культисты падали с разорванными глотками. Один из демонопоклонников на мгновение застыл, после чего набросился на своих коллег. Это призрак Никиты сумел ненадолго вселиться в его тело.Пробившись сквозь заслон демонопоклонников, мы достигли, наконец, улицы, на которой и проходил ритуал создания аватара. Вот только было уже слишком поздно.
Землю покрывал сплошной слой убитых и расчленённых людей, уложенных каким-то странным узором, в центре которого стоял человек. Точнее, он был человеком. Теперь же он являлся сосудом для архидемона. В глаза бросалась его одежда — ослепительно белый классический костюм, такие же туфли и широкополая шляпа. Аура этого существа подавляла и буквально слепила глаза. Первобытный ужас охватил всё моё естество, и, застонав, я упал на землю и отполз назад, уткнувшись в забор. Судя по ауре, все ближайшие дома были забиты трупами. Сколько же людей тут погибло?
— Земля, — с наслаждением протянул Амдусциас. — Давненько я тут не был. Но ничего, теперь-то я наверстаю упущенное, — с улыбкой сообщил он, оглядываясь по сторонам.
Сражение замерло. Оставшиеся в живых культисты пали ниц при первых словах своего повелителя. А служители Церкви застыли без движения, уставившись на своего врага. Кажется, его чудовищная аура подействовала и на них.
— «Это конец», — пришла мне в голову паническая мысль. ЭТО не победить. Смерть неизбежна. Отчаяние поглотило меня.
— Я ведь музыкант, — проникновенно сообщило нам это существо. — А какой же музыкант без инструмента? В честь моего прибытия необходимо дать концерт. — Он повёл в воздухе рукой. Вторя этому жесту, из груды человеческих тел с отвратительным чмоканьем вылетела кость. Кажется, это был кусок позвоночника.






