ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Его наняли меня убить.Никогда не думала, что смерть может придти в обличии Зверя — жуткого безжалостного монстра, от одного взгляда которого хочется сдаться. И я бы сдалась, только он не позволил.— По... Владимирова Анна. Одержимость зверя Его наняли меня убить. Никогда не думала, что смерть может придти в обличии Зверя — жуткого безжалостного монстра, от одного взгляда которого хочется сдаться. И я бы сдалась, только он не позволил. — Побегала? — уточнил холодно, приближаясь к двери, в которую я билась из последних сил. — Теперь сюда иди. — Сам иди, — огрызнулась я и оглянулась в поисках средства обороны. — Тебе не понравится, если пойду я. Голова будто сама повернулась в сторону мужчины. Он дышал все тяжелее, опираясь на стол рукой, и прижимал к плечу салфетку. Высокий, на руках при каждом движении бугрились мышцы… Я облизала сухие губы, пошевелившись. Под рубашкой сбоку все еще чувствовалась кобура маленького пистолета… Значит, он его не нашел, или ему было не до этого. Зачем он меня вообще взял? В заложники? — Тебе от меня не будет толка, отпусти меня, пожалуйста. Он какое-то время стоял, не шевелясь, прежде чем полуобернуться: — Тебя заказали, — выдавил хрипло. Мой рывок в сидячее положение он отметил громким грудным рычанием, от которого каждый волосок на теле встал дыбом. Уголки губ вдруг прорезались клыками, а рука, которую вскинул к плечу, оказалась больше похожей на лапу чудовища! Зверь! Что мы знали о зверях? Ничего обнадеживающего. Они быстрее, сильнее, почти не боятся огнестрельного оружия, если только не в висок и с нескольких сантиметров… Я рванулась к кобуре и через секунду наставила на него пушку: — Отпусти меня, — голос дрогнул. — Такие, как я, не отпускают, — сузил он глаза и выпрямился. — Особенно таких, которые не слушают советов. Правда хочешь сыграть со мной в смертельную игру? — Он шагнул ко мне. Черты лица мужчины будто перетекали в звериную м

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

— Я не настроен говорить…

— Насиловать меня, значит, ты настроен, — скривила губы и втянула голову в плечи. Да, совсем чувство самосохранения отказало, но мне будто что-то подсказывало — «пока можно».

— Я тебя не насиловал, — обернулся он с тарелкой и направился к столу. — И, если бы слушала просьбы, может быть, даже не тронул. — Он поднял на меня взгляд.

— Может быть? Ты хочешь сказать, что это я тебя спровоцировала? — задохнулась от гнева, готовая запустить ему тарелку в морду, пусть только поставит ее передо мной.

— Ты не виновата, — вдруг неожиданно спокойно выдал он и водрузил тарелку на стол, обезоружив словами. — Это все просто неудачное стечение обстоятельств.

Он как-то вдруг быстро успокоился, а ведь только что шипел и рычал, не в силах два слова сложить. Отвернулся и снова шагнул к печке. Не насиловал, значит! Я сжимала и разжимала зудящие кулаки, гневно сопя. Только злиться почему-то не выходило. У меня и не было чувства внутри, что меня изнасиловали. Был страх этого монстра и будущего, но не было и тени болезненных чувств по поводу ночи. Значит, я что, отдалась ему сама? Или все придет, когда выберусь из этого всего? Если выберусь…

— Меня ищут, — вперила в него злой взгляд, когда он направился к столу со своей тарелкой. — Я спецагент…

— Тебя пока не ищут — ищут твой труп. — И ни тени удивления не скользнуло по его лицу.

Я несколько секунд просто тупо таращилась на него, а потом презрительно усмехнулась:

— Тебе откуда знать? Ты же…

— Меня наняли, чтобы похоронить в этом клубе источник информации со всеми свидетелями ее существования.

— Кто? — подобралась я.

Стало плевать на ночь, утро… Не понимала, почему, но я верила Зверю. Что-то внутри продолжало выдавать подсказки, будто я настроилась на прием его эмоций.

— Я уже сказал. — Теперь он смотрел на меня по-другому. Спокойно, даже устало. — Как твои раны?

Я моргнула от смены темы:

— Душевные или физические?

Он сузил глаза, будто пытаясь понять, о чем я вообще. Поэтому его слова оказались неожиданностью:

— Мне жаль. — И совсем потеряла дар речи, когда он добавил: — Но ты теперь моя.

Зверь деликатно пережидал мой ступор, используя это затишье перед бурей, чтобы рассмотреть меня еще внимательнее. Странные повадки… Вроде бы человек, а чувство — будто в клетке с тигром оказалась, и тот решает, сожрать тебя сразу или придушить только наполовину.

— Что? — наконец, вернулся ко мне дар речи.

— Ты — моя. — Произнес вроде бы нормальным голосом, но в голове «зажглась красная лампочка». — Рана на твоей шее — моя метка.

— Ты меня ни с кем не перепутал? — подобралась я. — Я — не твоя самка!

А вот теперь в мозгу включился режим экстренной эвакуации, потому что однозначно перегнула.