ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Как же оказывается я прекрасно жила, пока судьба не столкнула меня с Беркутовым Никитой.Этот невозможный тип сначала мне нахамил, затем предложил стать его любовницей на платной основе, а после, когда... Его хорошая девочка Наталья Соболевская Глава 1 — А-а-а, — от испуга резко вздохнула, замерла и держу воздух в себе. Я что, когда парковалась, капотом ограждение протаранила? Чуть привстала и пытаюсь через лобовое стекло разглядеть — да или всё-таки нет! Пожалуйста, пусть будет — нет. Вообще-то, вожу с восемнадцати лет, но крохотную малолитражку, а сейчас пересела на внедорожник — подарок отца ко дню рождения. К габаритам ещё не привыкла, вот и трясусь каждый раз за рулём. Выходить и любоваться на собственные старания в виде вмятины не хочется, от слова «совсем», но не проверить — тоже не выход. На деле выяснилось, что от капота и до ограждения примерно ещё сантиметров пятнадцать, то есть у кого-то сломанный глазомер и обострённое чувство страха поцарапать отцовский презент. Недобро посмотрела на солнце, что уже палило, как в последний раз. Чувствую, к обеду на улице можно будет свариться. Подойдя к задней двери, достала из салона пакет и тут же согнулась под тяжестью. Такое ощущение, что когда отвлеклась, «добрые люди» мне туда камней накидали. Сколько вообще весит бумага? Нажав на брелоке кнопку, поставила авто на сигналку, но не успела сделать и пары шагов, как позади послышались два характерных свистка и реплика: — Отличный вид сзади. — Что, простите? — с претензией в голосе и взгляде оборачиваюсь я и вижу мужчину лет тридцати, он стоит возле чёрного BMW и нахально мне улыбается. — Тачка, говорю, у тебя роскошная. Мне особенно бампер понравился, — из-за солнцезащитных очков глаз гада не вижу, но уверена, он сейчас на мои бёдра пялится, которые очень мило бампером обозвал. Не удостоив мужчину ответом, разворачиваюсь и гордо вышагиваю в направлении офиса. Чёрт побер

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

— Ага, видел я, как ты сама, сверкая пятой точкой, прекрасно носом пробороздила песок, — усмехнулся Беркутов, опуская меня на шезлонг. — А ну сидеть смирно, не дёргаться, — парень надавил мне на плечо, когда попыталась встать. — Сейчас ногу твою осмотрю, и беги, куда хочешь, только не обратно в море.

— Что ты собрался разглядывать в темноте? След от удара? — ворчливо заметила я, но тут же притихла, потому как Никита укутал меня в полотенце, причём большое. Оно укрыло не только спину и плечи, но и на голову с руками хватило.

— Значит, ощупаю, — парень опустился передо мной на корточки и, приподняв мою правую ногу, принялся поглаживающими движениями исследовать ступню, а когда до большого пальца добрался, я всхлипнула:

— Ай, осторожнее.

— Ничего страшного, палец просто зашибла, мазью помазать и через пару дней будет как новенький, — Беркутов выдал вердикт, поднялся и направился, я так понимаю, за моими вещами. Ага, точно за ними. Подобрал и уже обратно несёт.

За ту неделю, что Никита провёл здесь, он успел обзавестись загаром, даже в полумраке видно, насколько его золотистый оттенок кожи контрастирует с моей бледностью. И волосы у него, кажется, чуть выгорели, насколько помню, в прошлый раз они смотрелись темней. Во всём остальном Беркутов ни капли не изменился. Такой же самоуверенный, такой же наглый, такой же невыносимый, и фиг с ним, такой же внешне привлекательный.

Представляю, какой эффект он производит, когда днём появляется в плавках на пляже или возле бассейна. Стопроцентно все женские, да и не только женские, взгляды его. Ещё бы! Такое ощущение, что когда матушка-природа его создавала, психанула и вылепила идеальное тело, а после прикрепила к нему такую же идеальную голову. Да и сам Никита, видно, ровно на попе не сидит, пресс сам же себя не накачает, и рельеф на руках сам по себе не появится, на лицо явные, чуть ли не ежедневные тренировки, причём с грузом.

— Шутник недоделанный, ты хоть понял, что своим приколом чуть до инфаркта меня не довёл? — злобно шиплю я, наблюдая, как на шезлонг падают мои вещи.

— А то. Так изначально и было задумано, — Никита встаёт передо мной и упирается кулаками в бока. — Ты какого… ночью в море полезла? Что, папы рядом нет, можно мозг отключать? Судорога, резко плохо стало, силы не рассчитала, да мало ли какая хрень может произойти, и всё — утром на берегу находят твой хладный синюшный труп. Смотрим внимательно, — Беркутов, вытянув руку, указал на сооружение, что очень похоже на большую стремянку, в которую воткнули закрытый зонт. — Если там сидит мужик в красных трусах и со свистком — купаться можно, если мужика нет — разворачиваемся и уходим.