Хватит пялиться — потребовала я, потому как лопнуло терпение ощущать дискомфорт от назойливого и нежелательного внимания.
Мужчина даже и не подумал взгляд отвести, как смотрел, так и смотрит.
— Я в прошлый раз немного погорячился. Ты на меня не обижайся, — лениво и как бы нехотя протянул он. — Так-то я тебя понимаю. Каждый крутится, как умеет, и использует те активы, что у него есть. Ты молодая, красивая, грех было не воспользоваться тем, что на тебя запал богатый старпёр. Хорошо жить не запретишь.
— Замолчи, — цежу я. — Ты понятия не имеешь, о чём говоришь.
— Ну да, помню-помню. У тебя же там великая любовь. А что ты ответишь, если предложу уйти от Ожегова ко мне, с условием, что я буду более щедрым, предположим, на двадцать процентов? А? Сразу предупреждаю, я не шучу. И если двадцать процентов не устраивает, сумма обсуждается.
Прикрыв глаза, борюсь с гневом, чтобы не плеснуть минералкой в физиономию парня, а именно, как советуют психологи, глубоко дышу и считаю от одного и до десяти. Только у меня как-то чудно получается, к цифрам постоянно прилипает одна и та же фраза: «Иди в жопу раз, иди в жопу два, иди в жопу три…».
— Варвара, ты зачем закрыла глаза? Прикидываешь, сколько это в деньгах двадцать процентов? Не ломай мозг, всяко больше, чем у тебя сейчас есть. Да и потом сама подумай, как ни крути, со мной будет приятней, чем со сморщенным….
— Заткнись! — сорвалась я на крик, потому что довёл, у меня аж голова закружилась от возмущения. — Сергей Юрьевич только что в зал зашёл. Ляпнешь при нём что-то подобное, имей в виду, я тебе вилку воткну промеж глаз, фиг потом вытащишь.
— Вы меня извините, — встал отец, после того, как его телефон зазвонил. — Здесь немного шумно, отвечу в фойе.
— М-м-м, да…. Не совсем удобно получилось, конечно, — протянул парень, когда папа уже не мог слышать нас. — Дал я маху, но ты тоже, девушка, хороша, — с упрёком произнёс молодой человек и подался вперёд, насколько это возможно, сокращая между нашими лицами расстояние. — Почему же сразу мне не сказала, что ты дочка, а не любовница?
Тоже чуть пододвинулась к парню.
— А зачем? Ты у нас, как погляжу, лицедей. Шустро личины меняешь. Знай ты правду, ещё бы ввёл меня в заблуждение, а так я быстро раскусила твою гнилую натуру.
— Ну вот, теперь и ты делаешь огульные выводы, — у этого хама хватило ума ещё и под послед фразы с осуждением цокнуть. — Может, я не лицедей, а многогранная личность. Варенька, ну его, это недоразумение, перепутал немного, с кем не бывает? Давай лучше дружить?
Смотрю Никите в глаза и поражаюсь, сколько наглости и самоуверенности может уместиться в одном человеке.






