ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Предлагаем вашему вниманию книгу «Анжелика и султан», в которой рассказывается о приключениях романтической героини XVII века Анжелики.Рассчитана на широкий круг читателей. Анна Голон, Серж Голон Анжелика и султан Часть 1 Рескатор Глава первая Когда от самого короля Анжелика узнала о том, что не граф де Пейрак был сожжен на Гревской площади [1] , а труп какого-то преступника, граф же по приказу короля был заключен в тюрьму, откуда бежал и, как свидетельствовали документы, отданные ей королем, утонул при бегстве, она потеряла покой. С большим трудом она разыскала бывшего лейтенанта королевских мушкетеров, ныне разжалованного в рядовые, который производил опознание утопленника и составил об этом документ. Маркиза, не называя себя, предложила тысячу ливров за правдивое изложение событий пятнадцатилетней давности, намекнув, что знает правду. Уловка сработала, и бывший лейтенант признался, что это был труп не графа де Цейрака, а совершенно незнакомого человека. — Я дал такие показания, — оправдывался он перед Анжеликой, пряча увесистый кошель с золотом, — потому что мне грозила Бастилия. Да и от неизвестных людей я в ночь перед опознанием утопленника получил такую же сумму с просьбой дать нужное заключение. Что поделаешь, король платит мало и нерегулярно, а у меня большая семья, да и поместье пришло в упадок. Анжелика знала, что он врет насчет семьи и поместья, так как выяснила о нем все в процессе поисков: он имел пагубную страсть к азартным карточным играм, давно уже промотал поместье, а однажды даже жалованье своих мушкетеров, за что и был понижен в звании. Но в том, что он сказал ей правду о лжесвидетельстве, и что утонул не ее мухе, а другой человек, она теперь не сомневалась. Помимо этого, знакомство с Савари и настойчивые просьбы и мольбы сделали свое дело. Савари клятвенно заверил ее, что до последнего времени поддерживал с графом связь и сообщал ему о судьбе марки

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Въехав в тенистую прохладу деревьев, они спешились на небольшой поляне, в центре которой находился неглубокий водоем. Сквозь прозрачную воду хорошо просматривалось близкое дно, и они с наслаждением припали к прохладной влаге.

Напоили истомленных животных, давая им воду с передышками, чтобы не погубить лошадей, потерявших от жажды чувство меры.

После этого доели остатки провизии, взятой с собой в дорогу, прилегли на траву, чтобы немного передохнуть и набраться свежих сил. В этом нуждались и почти загнанные кони.

— Сколько нам еще ехать до моря? — спросила Анжелика, обращаясь к Колену. Потювель с трудом поднялся на ноги и поправил седло на лошади.

— Около двух суток, — лаконично ответил он, отойдя к кокосовой пальме и всматриваясь в крону дерева.

— Если нам еще встретится оазис, — усмехнулся Ботвиль, снял рубаху, намочил ее в озерке и снова надел.

— Встретится, я знаю, — ответил Колен Потювель, не отрывая взгляда от верхушки дерева.

— А лошади выдержат? — спросил Ботвиль, — они ведь не верблюды…

— Вот именно, а то бы нас уже давно догнали, — сухо ответил светловолосый крепыш.

— Ты считаешь, что опасность уже позади? — допытывался его спутник.

— Господин граф де Ботвиль, я вижу, что четыре года неволи лишили вас мужества и достоинства? — резко сказал Колен Потювель.

— Ты забываешься, мужлан! — высокомерно воскликнул Ботвиль.

— Это ты забываешься, — с достоинством ответил бывший каторжник. — Здесь мы равны. Это во Франции, если нам удастся вернуться, ты опять будешь дворянином, а я, как ты говоришь, мужланом. Ступай лучше, наполни водой бурдюки, — приказал он и протянул графу кожаные мешки.

Тот, не говоря ни слова, молча взял пустые бурдюки и направился к чистому ручейку, рожденному родником, который впадал в озеро.

Колен Потювель посмотрел ему вслед, вздохнул и предупредил маркизу:

— Труднее всего будет в горах…

Анжелика взглянула в его глаза, пытливо смотрящие на нее, положила свою маленькую кисть на его мускулистую загорелую руку, усмехнулась и заверила:

— Я выдержу!

Пока де Ботвиль наполнял бурдюки, Колен Потювель, обрадованный дружеским прикосновением прекрасной маркизы, растроганно прошептал:

— Вы очень мужественны!

Затем он вздохнул, с видимой неохотой освободил свою руку, быстро залез на верхушку пальмы и сбросил оттуда несколько кокосовых орехов.

Они еще раз напились и напоили лошадей. Затем тронулись в путь, решив ехать и ночью, когда нет опаляющего зноя.

Ботвиль понял свою ошибку по отношению к товарищу и старался беспрекословно выполнять его указания, проклиная собственную резкость.

Солнце уже скрылось за горизонтом, когда они выехали из оазиса и продолжили путь, ориентируясь по высыпавшим звездам, в которых хорошо разбирался Колен Потювель.