Как минимум, по комплекции не похож. Там дрищ был. А это что такое? Его к вечеру так раздуло от стероидов? И не хило так раздуло! Щас майка на нем треснет. Качки любят носить одежду не по размеру, чтобы хоть что-то выпирало, раз интеллекта ноль и пиписька маленькая.
– У вас мотоцикл есть? – уточняю я на всякий случай.
– Да, – кивает мужик.
– «БМВ»? – уже каким-то писклявым и уже не своим голосом спрашиваю я.
– Да! Что случилось? – уже раздраженно спрашивает Александр и выходит на лестничную площадку. – Тебе чего надо?
Блять, придется с ним пиздиться? Ну, а че делать-то теперь? Пожелать спокойной ночи и уехать домой? Я же не ссыкло какое-то. Приехал наказывать? Надо наказывать!
Я размахиваюсь и бью мужика в лицо. Сработал эффект неожиданности – мой кулак попал точно ему в челюсть. Дальше сработал тот же эффект, только в мою сторону. Мой противник отшатнулся, сгруппировался и так мне въебал с ноги в грудак, что я подлетел в воздухе, клацнув зубами. А потом моя тушка покатилась вниз по лестнице. Чуть хребет в ней не сломался.
Все произошло так быстро, что я даже испугаться не успел. В глазах потемнело, одним ударом из меня вышибло весь дух. Я услышал быстрые шаги, а потом меня приподняли с пола за шкирку.
– Ты как? Жив? – прямо над ухом раздался голос Александра. Я только головой кивнул, жадно глотая воздух. – А ты чё хотел-то, дятел?
Я махнул рукой, мол, уже ничего, и попытался медленно подняться на ноги. Мужик отступил от меня на шаг, опасаясь повторного нападения. Подняться получилось, хотя и не с первого раза. Больше драться не хотелось. Почему-то...
Как последний позорник, шатаясь и держась за перила, чтобы не упасть, я спустился еще на один пролет, и вызвал лифт. Александр стоял и смотрел, как я сваливаю, поджав хвост.
– Ты точно в порядке? – громко спросил он, и его голос эхом разнесся на весь подъезд. Я кивнул, не глядя на него. – Ну, бывай тогда! – бросил мне мужик, и ушел домой.
Я кое-как добрался до машины. Покурил, успокоился и поехал домой. Я со школы не получал по рогам! Это было больно, унизительно и обидно!
Вот скажите, пожалуйста, есть в мире справедливость? Сука! Белобрысая сопля теперь бесила меня еще больше! С ней я, конечно же, драться не собирался, но теперь вся моя обида достанется ей одной!
«Эта сучка, вертихвостка охуевшая» – это Женька. Понятно тогда. Все понятно. Не понятно только, что за хахаль такой у Женьки? Я что-то ни о ком таком не слышала, а ведь подруга мне все рассказывает. Все-привсе! Или нет?
– Чай будешь? – спросила я, чтобы как-то отвлечь брата от мести своей бывшей девушке.
– Помойся сначала, а? – раздраженно ответил брат, прижимая куру другим бочком к лицу.






