— Я бывал здесь ежедневно в свободное от основных занятий время и репетировал те песни, которые мне нравятся, без строгого надзора учителей. Прямо здесь я переносил весь свой плейлист в клавиши. Именно тогда я влюбился в то, как звучит рок и метал, исполненный на пианино.
Рука Айвори скользит по закрытым клавишам, когда она сокращает расстояние между нами.
— Ежедневно? За этим пианино?
— Именно так.
Сняв мой пиджак с плеч, она оставляет его на скамейке.
— Ты был здесь один?
— Естественно.
Айвори останавливается, не доходя до меня всего шаг.
— Ты когда-нибудь приводил сюда девушку?
— Я всегда был здесь один. — Мой член дергается. — Послушай, твои трусики рискуют быть сорванными.
— На мне нет трусиков.
Черт, теперь меня распирает от возбуждения. Как я мог не заметить отсутствие на ней трусиков, когда она оседлала меня в лимузине?
Я еще раз бросаю взгляд на дверь, убеждая сам себя, что запер ее.
Айвори лукаво ухмыляется.
— Ой, ты что, дрочил здесь?
От такого вопроса я чуть не поперхнулся.
Она подходит вплотную ко мне, хватая меня за галстук.
— Ты делал это.
И ведь она права.
Айвори вновь скользит взглядом по пианино.
— Уверена, ты забрызгал все клавиши. Интересно, осталась ли здесь еще...
— Тебе не терпится увидеть, как я кончу? — Я перехватываю ее запястье и притягиваю руку Айвори к своему восставшему члену, отчаянно нуждаясь в освобождении. — Сможешь посмотреть, как моя сперма сочится из твоего влагалища.
Я запускаю другую руку в ее волосы, утопая пальцами в ее волнистых прядях, а затем притягиваю ее к себе, чтобы слиться в поцелуе.
Никаких нежностей, сразу агрессивно и вожделенно. Ее пальцы крепче смыкаются вокруг моего члена, поглаживая его сквозь ткань брюк, и я приветствую это, покачивая бедрами, пока яростно вторгаюсь языком в ее рот. Прикусываю ее нижнюю губу и, мать вашу, она тут же впивается ногтями в мои яйца.
Я прижимаю ее к стене, удерживая своим весом, а затем поднимаю ее руки над головой. Айвори смотрит на меня снизу-вверх, ее губы такие аппетитные, чувственные, слегка припухшие от поцелуя. А какой взгляд... просто срывает крышу. Она всегда одаривает меня им в подобные моменты, когда все ее тело буквально наливается желанием.
Мой член, все еще скованный теснотой брюк, трется об ее киску.
— Помнишь, когда мы в первый раз оказались в таком положении?
Айвори тянется вверх, стремясь снова схлестнуться в поцелуе.
— Коридор. Первый школьный день. Но положение было не совсем такое.
— Тогда я хотел просто надавить на тебя, наказать за твой острый язык.
Я вновь безжалостно впиваюсь зубами в ее нижнюю губу.
Ее дыхание учащается.
— В тот день ты напугал меня до чертиков.
— А что изменилось сейчас?
— Сейчас ты пугаешь меня иначе.






