ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Это не было началом, скорее концом. Моя жизнь постепенно опускалась на самое дно, и на поверхности меня держала только недавно родившаяся дочь. Муж скатывался в игровую зависимость, нас выгнали с п... По льду Анна Цой Глава 1 Подъездная дверь открылась крайне неохотно. На скрип и противный писк домофона я уже не обращала внимание, будто это могло иметь хоть какое-нибудь значение. — Быстрее шевелиться не можешь? — раздалось позади от мужа, — ощущение, будто ты сдохла. Я вдохнула морозный воздух улицы и выдохнула тёплый, поднявшийся паром к индевеющим ресницам. — Оглохла? — уже совсем кричащее сбоку — мы вышли под козырек подъезда. Говорить ему ничего не хотелось. Он, если честно, был таким, если не всегда, то после свадьбы точно. Если можно было так назвать нашу скорую роспись «по залёту». Сейчас Сонечка тихо сопела в массивной коляске, которую я толкала впереди себя по пандусу, пока мой «любимый и родной» пошатываясь жмурился от яркого солнца на первой ступени. Ещё бы — просидела бы я всю ночь перед ноутбуком в компании шумных друзей с пивом, точно не смогла бы стоять ровно. Сейчас было девять утра, и он планировал как обычно лечь спать, в то время как шумный и крикливые мы тащились на длительную прогулку, чтобы не мешать ему. — Ребёнка не заморозь, — решил проявить интерес к дочери он, — часа два хватит. Я кивнула, прикидывая, что это время придётся разделить надвое и пойти в торговый центр в шести дворах от нашего дома. Выйдет даже больше из-за длительного пути туда и обратно. Он достал из кармана пустую пачку сигарет, бросил в урну и выругался так, будто и не за ними шёл сейчас в магазин. В такие моменты он выглядел странным. У нас было типичное знакомство на вписке, благодаря которой у нас и получилась дочь. Совершенно стандартная липкая гадость, выбраться из которой я желала уже год с того самого дня, как она произошла. Но никто из нас не был виноват в случившемс

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

— Соня спит? — прошептал он, оглядев сперва меня, а после покачивающуюся дочь, — нет? А где у Софьи совесть? — он приблизился к ребенку и немного наклонился, чтобы убрать с её лица уголок пелёнки, который она успела на себя смахнуть, — там же, где и её мамы?

Я поджала губы, смотря на то, как малышка тянет к нему свои ладошки.

— Скорее, как у её отца, — попыталась спокойно спросить я, — кстати, где он?

Тёма повернул голову ко мне, затем выпрямился и указал на себя растопыренными пальцами обеих рук, мол «Вот он».

Я шумно выдохнула. Соседка перевела взгляд с него на меня и обратно.

— А Вы чего не спите, Любовь Валентиновна? Или вас эта нехорошая не укладывает? Так пойдёмте, я вас провожу! — продолжил иронично мужчина, — да, Софья Артёмовна?

Он поднял на руки мою дочь, названную его отчеством и кивнул женщине на коридор, укачивая ребенка и проходя мимо меня. Я закатила глаза и допила чай. После чего рванула за ними.

— Что с Никитой? — решила не отставать от него я, — и с ущербом? Сколько мы должны?

Тёма добрел до двери напротив гостиной и отворил её.

— Гостевая спальня, — он сощурил глаза, — никто ни разу не пользовался. Всё нужное в шкафу.

Женщина удивлённо вошла в комнату и подошла к большой двуспальной кровати, пытаясь, кажется, привыкнуть к обстановке.

— А насчёт вопроса, — он повернулся ко мне, — то с Никиткой всё плохо — его ждет развод и статья, — он блеснул глазами, — по твоему желанию, если честно. Что до ущерба, то его нанесла ты одна, Вась. Мне, когда ушла в тот раз. Но я добрый и всепрощающий, — он стал серьезнеё, — в этот раз.

Я зло на него взглянула.

— Я про квартиру, — пояснила ему.

Он прикрыл дверь спальни и пошагал дальше по коридору до детской.

— Только моральный ущерб, Вась, — стоял на своем он, — квартиры то наши, ну.

— Ты сдавал их, — догадалась я.

Он кивнул и вошёл в детскую, включив свет.

— Их всё равно придётся ремонтировать, — он положил Соню в кроватку, — не хочешь пожить у моих родителей на время? Слышимость в этом доме адская.

Я сквасилась, покачала головой и села на большую кровать, свесив ноги.

— Снова спим здесь? — плюхнулся рядом он, — может всё же спальня? Там хотя бы кровать больше, и не надо будет скрючиваться, м?

Мой тяжёлый выдох.

— Ты прав, Артём, — неожиданно для него сказала я, но продолжила так, как ему точно не понравилось, — я ушла от Никиты. Твоё заявление о разводе было кстати. Спасибо тебе за это, — я поймала его радостную улыбку, — вот только к тебе я тоже не вернусь — я приняла свою глупость. У меня появился опыт и какая-никакая уверенность в своих силах.

Он поднял бровь, изучая моё выражение лица.

— С тобой мне тоже будет тяжело. Как и с ним, — продолжила я, пусть и не решаясь больше смотреть на него, — ты не даёшь мне выбора, а он мне нужен.