— А вот твоего сына подстрелили, — заставила опешить меня мама, — дважды. Но ты его что-то не сильно оберегаешь! — тон у неё был недовольный до ужаса.
Я села, ощущая головокружение. Но больше страх за Артёма. Стоило подняться, как к горлу подступила тошнота.
— Ох! Милая! Не вставай, я принесу ведро! — Галина Ивановна вылетела из гостиной в кухню, введя меня в совсем странное состояние.
Я оглядела всех присутствующих и в особенности довольного и улыбающегося Тему с забинтованной ногой, вытянутой перед ним.
— Как себя чувствуешь? — спросил именно он.
— Что произошло? — ответила вопросом на вопрос я.
Он поджал губы.
— Шанхаю не понравился мой план — он решил в меня пострелять, — усмешка, — да ещё так удачно, что аж бесит. Два выстрела и оба без промаха.
Лицо свело от ужаса.
— Не переживай, — смешок, — я уже второй час под лекарствами. Мне просто замечательно. А вот с тобой что? Ты не ударилась? Я едва тебя не уронил.
У меня не было даже слов — они и не требовались, в комнату вернулась свекровь, всунула мне пластиковое непременно
розовое
ведёрко и села рядом, будто ожидая моих действий. Я не поняла, чего от меня хотели, потому и продолжила говорить с Артёмом.
— Ты в порядке? — спросила, отчего он закатил глаза.
— Я поймал тебя, падающую в обморок, с простреленной дважды ногой. Мои дела лучше не бывает! — он качнул Соню, лежащую на его руках, и зевнул.
Словно ничего и не произошло.
— Я слышала три выстрела, — почему-то вспомнила я.
Вот на этом моменте он нахмурился. А ещё отвел взгляд к телевизору, не желая мне отвечать. Это сделала его мама:
— Вадим мертв. Никита этот… задержан. Никто больше не напугает тебя, милая.
Я закусила губу. Это отношение ко мне… из-за того, что она узнала о… моей невиновности к измене её сыну или…?
— Меня не тошнит, спасибо, — подала ей ведро я.
— Вот и замечательно! — забрала его она и собралась умчать в кухню, но я её опередила словами:
— А должно?
Женщина замерла и медленно повернулась в мою сторону.
— Я просто волнуюсь о твоём здоровье, солнышко, — неуверенно выдала она и сбежала подальше отсюда.
Я нахмурилась.
— Мам? — повернула голову к ней.
А она сдала всех с потрохами:
— Артём рассказал, что вы ждёте второго малыша.
Я застыла. Дёрнула головой, посчитав, что ослышалась, и вновь на неё посмотрела. Она взгляда не отводила. В отличие от Тёмы, который спокойно мне улыбался, кося под ничего не понимающего дурачка.
— А мы ждём? — решила переспросить я.
— Не обращай внимания, Вась, — махнул он рукой на мою маму, — девять месяцев, и считай ничего и не было.
Первая половина фразы меня почти расслабила, но пришла вторая.
— Почему ты так уверен? — спросила на выдохе.
Он пожал плечами.
— Так я старался.
Попытка удержать меня? Раз у такого, как Никита получилось, значит и с ним точно сработает. Он же лучше.






