И пока я думаю, представляю и ужасаюсь тому, что даже чертов сердцеед Прайс видит во мне исключительно человека, с которым можно вот так забавы ради поиграть в теннис деликатных обзывалок, я даже не замечаю, как стремительно всё мое внимание сосредотачивается на его губах. Они шевелятся, кажется, Картер что-то говорит, но слышу я только искаженный глухой звук.
– Ты что-то говорил сейчас? – переспрашиваю я, махнув головой. Но Картер молчит и только его губы медленно растягиваются в хитрой улыбке. – Что? – возмущенно бросаю я.
Картер медленно обходит меня, а потом наклоняется к самому моему уху.
– Теперь знаю, что я – твой возбудитель. И именно поэтому ты так меня ненавидишь.
Возмущенная услышанным, я только и успеваю, что открыть рот, но сказать у меня ничего не получается. Даже малейшего звука произнести!
Картер уже закрывает за собой дверь кабинета директора.
– Не мечтай, Прайс! – успеваю сказать ему перед тем, как захлопывается дверь.
Поправив юбку, я разворачиваюсь к выходу.
– Он приглашал вас в кино.
Господи, и как я могла забыть о миссис Ноули, что сидит в приемной?!
– …Э-э-э, что? – глупо улыбаюсь я.
– Мистер Прайс пригласил вас в кино, – снова объясняет она, наивно моргая круглыми глазами, которые в этих огромных очках кажутся ещё больше, как у какой-нибудь диснеевской героини. – Он так сказал.
– О… Что ж, я подумаю. Спасибо.
Я, Картер Прайс и кино.
Ха-ха, как же!
Следующие две недели пролетают незаметно для меня, поскольку всё свое свободное время я либо выполняю домашние задания на недели вперед, либо пропадаю у Оливера, с которым мы продумываем новые идеи для предстоящего Хеллоуина. Поскольку Келли и Джинна, обидевшись на всех и всё, покинули школьный совет, их места естественно предложили нам с Оливером. И будь мой друг чуточку сообразительнее, он бы вежливо отказался, ибо тащить на себе «Волшебную коробку», школьную газету, да ещё и отвечать за организацию различных мероприятий – непомерно сложно. Нет, я никогда не боялась трудностей и всегда умела отлично организовать свой день, но теперь… Мне постоянно что-то мешает сосредоточиться, иной раз я даже ощущаю себя несчастной кошкой, которой к животу прилепили кусок скотча и теперь она потеряла былую координацию! А вчера вечером дошло до того, что я совершенно неосознанно, начала рисовать маленькие сердечки на полях тетради, когда готовила конспект по биологии. Раньше это были обыкновенные каракули или просто круги, которые я превращала в маленькие солнышки, а теперь… СЕРДЕЧКИ?!
– Эй, Пирс? – зовет меня Крис Райт, когда мы с Оливером садимся в машину после занятий. – Придешь сегодня на игру?
– Здесь будет весь город и половина Форестлейк. Думаешь, я буду дома сидеть?
– Кто знает! Ты непредсказуемая девушка!
Закатив глаза, я закрываю дверцу.






