Как там говорится, ломать не строить? В точку подмечено: строить лицо по заданным параметрам намного сложнее.
Удивительно, но вся эта шумная двухэтапная спецоперация завершилась, когда часы, стоящие на полу в гостиной, еще полдень не пробили. Очень спрессованное время в этот день оказалось. Иван первоначально раздумывал, идти или нет ему сегодня в клинику, но Настя, как доставили ее домой, так и лежала, отвернувшись к стенке на кровати, отказываясь от всяческого общения. Плюнув на сложившуюся ситуацию, решил сходить. Одна манипуляция с пересадкой зубов — это не очень долго. Двойник еще даже рассеяться не успеет и, если что, подстрахует.
Сходил, исправил прикус у старичка. Кстати, очень фактурный полковник в отставке попался. Так рассказывал про взятие турецких Варны и Шипки — заслушаешься. А уж когда все зубы во рту оказались, и он перестал пришепетывать, так и вовсе вновь стал бравым военным, хоть сейчас на парад.
Вернулся домой, а там полиция побывала. Быстро это у них. А впрочем, чего долгого, если Настя там работала и свой новый адрес, где поселилась с Лудильщиковым, совсем даже не скрывала. Впрочем, полицейским ни с чем уйти пришлось. Настя почти односложно поведала о своем похищении и о том, что похитители, расспросив ее о сожителе, отпустили на все четыре стороны, едва чуть отъехали от Пассажа. О том, что именно так надо говорить, девушку они с Двойником сразу, как домой вернулись, проинструктировали. А сам Двойник, выступавший перед полицией в роли оригинала, показал свою сильно поврежденную руку, сказал, что совершенно не представляет, с чего к нему вдруг прицепились какие-то неизвестные, и на дальнейшие вопросы только твердил: не помню, не видел, не знаю.
К вечеру Двойник рассеялся, а Настя в нормальное состояние так и не вернулась. А на следующий день еще хуже все стало, потому что девушку за неявку на работу уволили. Иван сидел в своей комнате и пытался Таю буквам учить, когда раздался стук в ворота. То его сожительница незапланированно рано вернулась и с порога попросила:
— Отпусти меня, Ваня. Я очень боюсь с тобою оставаться.
Иван сначала пытался успокоить свою даму, но постепенно понял, что это у нее не сиюминутный каприз, а она твердо все для себя решила. Ну что ж, дал ей пятьсот рублей и порталами до того района, где ее жених обитает, проводил. Все же чувствовал если не вину, то ответственность так уж точно. Вроде, даже Настя чуток повеселела. Сказала, что этих денег вкупе с ее накоплениями и тем, что смог заработать ее жених до этого дня, на пекарню им точно хватить должно.
Чтобы хоть как-то развеяться от тяжелых дум, отправился к ювелиру — управляющему, с которым еще накануне должен был встретиться.






