Зато есть сидящий на диване мужчина.
Серого света за окном не хватает, настенные бра отбрасывают перекрестья лучей, будто нарисованная клетка, поэтому его лицо находится в тени. Но при моем появлении он подается вперед, припечатывая меня своей звериной аурой. Напоминая мне о том, что я пыталась забыть или списать на разыгравшуюся фантазию.
Смуглую кожу с легкой щетиной, экзотичные черты, непробиваемую мужественность. А еще на аромат. Аромат, от которого кружится голова.
Нас разделяет метров десять, а ощущение такое, что я чувствую его дыхание на своей коже. Его взгляд как прикосновение. Властная ласка, и одновременно острота зубов. Потому что я замечаю, как при взгляде на меня в глубокой тьме глаз вспыхивает ярость.
Это мужчина моих грез. То есть ночных кошмаров.
Мой истинный.
– Как будто нельзя быть счастливой и одной, – вот теперь я искренне обиделась. За взгляд и за грусть. С тех пор, как у меня появилась такая подруга, мне казалось, что я заново оживаю. Самой яркой чертой характера Чарли была прямолинейность, она всегда говорила, что думает. Поэтому рядом с ней не нужно было притворяться или пытаться чему-то соответствовать. Второй особенностью Шарлин было желание заботиться о близких, и я входила в их число.
– Можно, – кивнула она. – Особенно, если у женщины пробивной и мерзкий характер, например, как у меня.
– Мерзкий? – снова рассмеялась я.
– Точно не сахар.
– Как только Доминик терпит?
– Не представляю. Я иногда сама себя не выношу. Особенно сейчас, – она погладила себя по животу. – Как затмение находит, и начинаю говорить и творить… всякое!
– Это любовь.
– Вот! – Чарли воинственно взмахивает ложечкой для десерта. Тема моей личной жизни кажется ей интересней яблочного пирога. – Тебе тоже нужно влюбиться. Ви, у тебя есть все, чтобы вскружить голову любому мужчине. Внешность. Мозги. И с характером твоим все в порядке, так что всякое творить не будешь.
– Это не так просто, как заказать столик в ресторане, – напоминаю я. – Не всем везет встретить такого, как Доминик. Некоторым достаются такие, как Дэнвер или…
Август.
Мой бывший – пример мужчины, после отношений с которым самооценка любой нормальной женщины опускается до уровня метро. В смысле, ниже уже некуда.
– К тому же, – не позволяю Чарли себя перебить, – я не смогу быть с вервольфом. После моего изгнания из стаи никто не предложит мне ничего серьезного, а несерьезное меня не интересует.
– Если встретишь свою пару, он горы для тебя свернет.
Я приподняла бровь, даже не пытаясь скрыть своего скепсиса:
– Чарли, встретить истинного – все равно, что выиграть миллион крайтов без лотерейного билета. В наше время это такая редкость, что я не знаю ни одной пары, кроме вас с Домиником.






