ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Умереть от рук монстра не страшно. Страшно – не знать, что будет дальше. Не знать кто ты и откуда. Слышать чужой голос, увещевающий найти нечто важное. Нечто, что спасёт один мир от гибели. Нечто, что... Проклятые души Майарана Мистеру ПРОЛОГ Я всегда знала, что близость смерти страшна. Так страшна, что волосы на голове премерзко шевелятся, а нутро замирает от ужаса. В моей голове отчаянно билась мысль, что очень хочется жить, а не бродить по городу свежим умертвием, в поисках живой пищи, как все те несчастные, которых по разным причинам не смогли или ещё не успели упокоить. Глядя сквозь хрупкое стекло в призрачно-голубые глаза, подёрнутые багровой пеленой, я словно загнанный зверь искала выход из ситуации и не находила его. Все моё существо требовало немедленно броситься прочь и затаиться. Но я не видела путей к отступлению. Что я вообще могла сделать, будучи хрупкой ведьмой, не имеющей никаких силовых способностей? Ничего. У такой, как я нет шансов на спасение от этого смертоносного существа. Он один способен противостоять сильнейшим магам империи, не говоря уже обо мне. Я просто букашка, невольно привлекшая внимание, именно это читалось в его взгляде, когда он шел за мной. В попытке скрыться от чудовища, я укрылась в магазине, захлопнув тяжелую железную дверь, что не выстоит против него и секунды. Вот только он не спешил входить, рассматривая меня сквозь хрупкое стекло витрины, выражая тем самым всю абсурдность ситуации. Казалось, он насмехается над моей никчемной попыткой сбежать, но в то же время, было в его поведении нечто странное. Это странное заставляло меня оставаться на месте и вглядываться в призрачно-голубые глаза. Его лицо скрывала клубящаяся тьма, голову покрывал капюшон чёрной призрачной мантии. Нет, она не была прозрачной, просто от неё исходило бледное подрагивающее сияние цвета его глаз. Высокий, широкоплечий, видно, что воин. Мне такого не побороть

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Внутри все похолодело от ужаса и я, вопя на все лады принялась отползать назад, боясь, что душегуб решит лишить меня самого ценного.

Грозный рык заставил сжаться. Меня немощную схватили за шиворот и поволокли в неизвестном направлении, а достигнув цели громко вопросили:

– ЧТО ЭТО?! – Прорычало в общий зал, демонстрируя меня остальным.

Находится в таком положении было стыдно, но я решила успокоится и дождаться, когда меня поставят на ноги, чтобы извинится и признать свою трусливость.

– Я СПРОСИЛ, «ЧТО ЭТО?!» – Рыкнуло вновь, заставив меня сощурится.

Ситуация переставала быть стыдной. Она становилась раздражающей, да и нарастающий звон в ушах только усугублял ситуацию.

– Не может быть… – Раздраженно выдохнул сворл после нескольких секунд молчания. – Это какая-то издёвка.

– Где? – Спросила я, уставившись на него в крайней степени озадаченности.

– ТЫ! – Рыкнуло чудище, повернув ко мне морду, окутанную чёрным облаком.

Я хотела быть наглее, как советовала Роза, но голос мой осип, будучи совершенно не согласным с желанием хозяйки.

– Кто?

– Ты… – Сворл меня опустил, позволив стоять своими двумя на лестничном пролёте.

Я даже не знаю зачем переспросила, наверное, просто, чтобы не молчать в такой звенящей тишине.

– Я?

– Раздражает… – Звучит тихим рыком для присутствующих и колокольным набатом для меня.

И несмотря на это с судорожным вздохом:

– Я?

– ДА!!! – Уже свирепый рык. Всегда знала, что много вопросов очень бесят, но ничего с собой поделать не могу.

– Почему?

Отреченец громко фыркнул и сжал руки в кулаки. Я хоть его морды и не вижу, но мне итак ясно, что он едва сдерживается, чтобы не сдавить мою шею в порыве инфернальных чувств.

– Да кто ты вообще такая?!

На языке вертелся уточняющий вопрос, но вся поза собеседника выражала крайнюю степень раздражения и неприятия, заверявшая меня в том, что если он всё же прозвучит, меня вколотят в стену. Поэтому я благоразумно промолчала, глядя в голубые огоньки.

Но отреченец вопросительно уставился на меня, медленно складывая руки на груди.

– Боишься? – в его голосе я отчётливо уловила насмешку.

Не желая признаваться в очевидном, вздёрнула нос, проигнорировав душегуба. Демонстративно развернулась и стала спускаться по лестнице, когда услышала раздраженное:

– Ах, ты мелочь… – Я не столько увидела, сколько почувствовала, как засветился браслет на моём запястье, ощутимо нагреваясь. Не сумев понять в чем дело, недоуменно повернулась и увидела застывшую в воздухе конечность сворла. Вся его поза говорила: «Убью», но тем не менее, я отчего-то чувствовала его растерянность. Отреченец резко повернулся к своим сородичам и в моих ушах снова зазвенело.

– Это невозможно! – Рявкнул он и схватил меня за руку, дёрнув на себя и уставившись, как на неведомую зверушку.