Естественно, родившуюся девочку он удочерил, дал ей свою фамилию. Это, кажется, произошло на Украине, но потом семья Галинских перебралась в Москву. Когда я сработался с Леной (позвольте мне называть её только по имени), я побывал в Москве в квартире Галинского и познакомился с приятным, уже давно не молодым человеком и с его младшей дочерью – пианисткой, преподавателем Московской консерватории. Это были очень симпатичные люди, очень культурные и гостеприимные. Я передал им что-то от Лены, мы провели замечательный вечер, я распрощался и ушел. Больше я их не видел… Лена разошлась с мужем и осталась с сыном. Сын – уже почти взрослый – работал на телевидении осветителем. Он с супругой поехал в Америку, там родился ребёнок, они получили вид на жительство и остались за океаном.
Галинская руководила небольшой группой, мы её называли «спектроскопическая». В этой лаборатории было два спектрографа, парочка пламенных фотометров и различные мелочи, нужные для работы. В лаборатории мы определяли микро- и макроэлементы, в том числе и свинец. Например, уже в 1969 году была опубликована в «Научных трудах» Иркутского мед. института статья Галинской, Явербаума и Морозовой «К методике спектрографического определения свинца в тканях». Когда ЦНИЛ начал разваливаться, Елена Борисовна вышла на пенсию.
Васильева Людмила Сергеевна – младший научный сотрудник морфологического отдела. В ЦНИЛе она защитила кандидатскую диссертацию, затем набрала материал на докторскую, защитилась и стала заведовать кафедрой гистологии. Вот примерно основные работы, выполненные полностью или частично сотрудниками лаборатории.
В момент работы над этой книгой у меня нет полной информации о научной продукции сотрудников ЦНИЛа, всё это подробно отражено в ежегодных отчетах, которые я сдавал проректору по научно-исследовательской работе.
Остаётся только написать несколько слов о Мурашевой Людмиле Семёновне – старшем лаборанте (хоз. лаборанте) всей Центральной научно-исследовательской лаборатории. Она была замечательным человеком, отлично ладила со всеми членами коллектива, следила за порядком и чистотой всех помещений, через неё я получал и отправлял корреспонденцию. Весь коллектив её уважал. К сожалению, она страдала сирингомиелией – тяжелым нервным заболеванием, основным симптомом которого было нарушение (резкое снижение) чувствительности кожных покровов, например рук. Однажды мы с Нэлей пригласили её поехать за грибами. Когда закрывали дверцу машины, то не заметили, что Людмила Семёновна держится за верхнюю кромку двери, и ей прищемили пальцы, пошла кровь, но она не почувствовала боль, увидела кровь на стекле и только тогда отдёрнула руку….
Прошу прощения, что не смог написать про всех.






