Профессор Беляев нам в шутку говорил: «Хорошо учиться будете – хорошими врачами будете, плохо учиться будете – главными врачами будете».
Помню я доцента кафедры психиатрии Иванова, который читал нам курс по истории медицины. Почему психиатр вдруг читает такое? Не знаю. По-видимому, это было какое-то хобби доцента. Однажды ни с того, ни сего, нам объявили, что с такого-то числа в помещении фармкорпуса ежедневно с 18 д 20 часов нам будут читаться лекции по истории медицины И вот первая лекция. На кафедру поднялся невысокий человек и тихим голосом начал что-то говорить. Сначала все шумели, потом стали переговариваться шёпотом, а потом стали слушать. И мы почувствовали, власть лектора. 10 дней после рабочего времени Иванов рассказывал нам как развивалась медицина от древней Греции до наших дней. На последней лекции он заканчивал курс, подвёл итог и вдруг …замолчал. Студенты тоже молча смотрели на Иванова. А он улыбнулся и сказал: «Ну, что же вы не шумите, я ведь закончил». Все встали и зааплодировали. Иванов через несколько дней уехал на защиту докторской диссертации по психиатрии, кажется, в Ростове-на-Дону. Дальнейшая судьба этого человека мне не известна.
И, наконец, я не могу ничего не сказать о доценте кафедры психиатрии Равиле Хисамудиновиче Газине. После окончания аспирантуры и защиты диссертации он работал сначала ассистентом, затем доцентом и долгое время – заведовал кафедрой. Первый год после аспирантуры он начал преподавать. И, наверно, случайно ему досталась наша группа. Его занятия были очень живые, интересные и, как ни странно, запомнились надолго. Психиатрия мне очень нравилась, но я носил очки и это было серьёзным фактором, возбуждающим больных, поэтому я их побаивался, а это – важный аргумент, чтобы отказаться от такой профессии.
Всё осталось в памяти, и я благодарен судьбе, что учился у прекрасных преподавателей. Это относится и к тем замечательным людям, с которыми пришлось работать в этом теперь уже медицинском университете, и я бесконечно рад, что мой труд – крупинка в деле подготовки врачей – тоже вложена в общий итог.
О стихотворчестве
Жизнь хороша и удивительна, если выпить предварительно
(В.Г.Томилов, мой товарищ и сосед по даче)
Никаких склонностей ни к сочинению музыки, ни к стихотворчеству в детстве у меня не наблюдалось. Одно время, этак лет в 8–9, мне удавалось выдумывать различные сказки из тех сюжетов, которые я знал, но иногда и самому придумывать какую-нибудь интрижку. Потом это баловство постепенно исчезло.






