Рейнальд снова усмехнулся и развёл руки в стороны сожалеющим жестом.
— Уж прости, не имею никакого представления. Я оттуда банально и постыдно сбежал. Не смог на это смотреть. Наверное, единственный, кто тебе может сказать правду об этом дне — это один из его прямых соучастников. Точнее, сам Карлайл. Но, боюсь, он сейчас едва ли захочет кому-то рассказывать о своих безумных похождениях молодости, так как занимает один из высоких постов в компании своей семьи и является создателем сразу нескольких мировых благотворительных фондов. А своей нынешней репутацией, насколько мне известно, он дорожит как никто другой в нашем долбанном мире.
— Спасибо… — я тоже попыталась выдавить в ответ благодарную улыбку, продолжая слушать незатихающий громкий стук собственного сердца. — Мне достаточно и этого. Я услышала то, что… хотела услышать…
Мой голос вроде бы и не дрожал, чего не скажешь, про творящийся во мне Армагеддон и катящиеся будто сами по себе по щекам слёзы.
— Спасибо тебе за всё.
Я всё же рискнула сделать к нему несколько шагов, чтобы посмотреть в его безразличное лицо с более близкого расстояния. Чтобы успеть запомнить его спокойным, может даже слегка удивлённым, но только не таким, каким он был несколько минут назад. Не бешеным, не срывающимся в крик сумасшедшим зверем…
— И прости тоже за всё… — я не удержалась и коснулась его руки, которая ещё совсем недавно меня душила. Но едва ли он собирался тогда лишать меня жизни по-настоящему. Скорее, до смерти напугать или передать часть своей боли через физическое насилие.
— Вообще-то выход в другой стороне, — он и не сразу обернулся, когда я его обошла и как сомнамбула направилась к высоким стеклянным дверям панорамного окна, ведущим на внешнюю террасу.
— Я знаю… Но там он тоже есть. — а вот услышал ли он меня, в этом я была не особо уверена, так как голос у меня пропал окончательно. А потом я и вовсе открыла двери, впуская в комнату потоки свежего ночного воздуха и ещё шире распахивая глаза. Всего пара мгновений, чтобы окинуть взглядом периметр длинной террасы и найти подходящее на ней место. Вернее, стоявшие у высоких перил несколько кожаных диванчиков со столиком и длинной скамейкой. Туда я вскоре и потянулась, прибавляя шаг и стараясь ни о чём не думать. А, главное не оглядываться.
Как же красив Сан-Франциско ночью и перед рассветом. Жаль, я не успею увидеть восхода солнца. Я уже столько времени здесь прожила, а так ни разу и не видела, как над этим по-своему прекрасным городом встаёт дневное светило.
Ладно… как-нибудь переживу этот недочёт. Всё равно через несколько секунд мне уже будет всё равно.
Наверное, эти перила вдоль высокого стеклянного ограждения были предусмотрены как раз для моего случая.






