Так откуда ты знаешь мою дочь?
Кирилл усмехнулся, – Об этом ты можешь спросить ее, когда она будет готова к вопросам.
После этого наступила тяжелая тишина. Он знал их маму. Это было странно.
Мой отец усмехнулся, когда лифт открылся на нашем этаже, – Мне кажется что-то назревает.
Кирилл нажал на аварийную остановку и повернулся к нему лицом. Я уже начала выходить, но подождала с головной болью и сдавленным сердцем. Что теперь должно было произойти?
– О чем ты говоришь? – прошипел Кирилл.
Григорий провел рукой по лицу, – Я догадался, мне понадобилась секунда, но я забыл, что Марина была замужем за Владимиром Власовым. Теперь все понятно. Так что вы двое здесь делаете? Полагаю, Аннаа не знает об этих отношениях… это отношения или вы вместе, чтобы позлить родителей?
Улыбка Кирилла была завуалированной угрозой, – Разве это твоё дело?
Они стояли и изучали друг друга. Мое сердце колотилось. Казалось, молчание растянулось в напряженную тишину, пока эти двое смотрели друг на друга, а затем отец прервал его. Он покачал головой и шагнул вперед, – У тебя есть яйца, парень. Марина должна гордиться тобой.
Когда двери начали закрываться, рука Кирилла остановила их, – Это ты тот мужик, который ссорится с моей мамой?
Глаза Григория слегка расширились, – С чего ты взял?
– Она приехала в город из-за меня, но осталась, потому что появился ее друг. Ты живешь этажом ниже нас.
Забавная ухмылка исчезла с его лица, и он шагнул ближе. Когда он посмотрел на Кирилла, в его взгляде появилось предостережение, – Ты можешь разбить несколько сердец, если начнешь распространять это всем.
Кирилл ухмыльнулся и отступил назад, – Еще она сказала мне, что он женат.
Взгляд отца встретился с моим и дверь лифта закрылась.
Кирилл обхватил меня рукой за талию и подтолкнул к одной из двух дверей на этаже. Он открыл карточкой дверь и мы вошли внутрь.
– Мой биологический отец изменяет своей жене с твоей мамой?
Он усмехнулся и начал срывать с себя одежду, – Наверное.
– Твоя мама – изменщица.
Он снял ботинки и взял меня за руку, потянув к двуспальной кровати в углу комнаты. Когда он сел, он притянул меня между ног и посмотрел вверх, – Моя мама немного жесткая, когда дело касается мужчин, особенно после того, что сделал с ней мой отец.
Мое сердце снова начало колотиться, когда я услышала легкое осуждение в его тоне, – И ты считаешь это нормальным?
Будет ли он изменять, как все они?
– Измена? – темная ненависть вспыхнула на его лице, и я отступила назад в ответ. Это было очень сильно. На секунду меня передернуло, – Люди которые изменяют, они слабаки. Они эгоисты и трусы. Нет, я не обманщик и никогда не собираюсь им быть, – он сосредоточился на мне, – Почему ты спрашиваешь? А ты сама считаешь это нормальным?
Из меня вырвался смех.






