ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Среди блеска и нищеты, убогости и несправедливости, одна жизнь ничего не стоит. Он враг общества номер один. Он палач. «Существо» порожденное системой, и пытавшееся выстоять против нее самой. Сколько таких было? Но кто-нибудь, когда-нибудь пытался разобраться, что творится в душе этого самого «существа». Я столкнулся с одним из них, и я хочу рассказать Вам, люди, что такое настоящая жизнь. Не быт, окружающий нас, не проблемы, от которых мы пытаемся уйти, но они, все равно находят нас. Та жестокость, которая описана в книге, та жизнь, которая течет рядом с нами и о которой мы даже не догадываемся. Ведь это может коснуться и Вас, а Вы готовы к такому?

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

— Сегодня, в пять вечера, собрание у меня в штабе, чтобы были все. — Полковник развернулся и ушел в штаб.

— Фу, вроде бы пока все, — выдохнул Клим.

— Будем надеяться, — кивнул Зубр.

— Не расслабляйтесь. Надо еще оповестить всех. Осталось четыре часа. — Алексей развернулся и пошел от штаба прочь. Парни направились следом.

За два часа они оповестили почти всех, осталась пара парней, которые находились в наряде. Алексей сидел в палатке со своим списком и пропесочивал у себя в голове каждую кандидатуру. Кого-то он знал сам, кого-то парни. В основном это были кандидаты в мастера спорта по стрельбе, единоборствам, биатлону, плаванию. Вообщем парни, которым не привыкать к долгим физическим нагрузкам. С хорошей психикой и волевыми качествами. Алексей не сомневался в них. Что скажет полковник, вот что его смущало. Вдруг кого-нибудь забракует и что, снова искать. Ну уж нет, хватит. Будем биться за каждого.

— Леха, ты че такой загруженный сидишь? — Клим как всегда был в самом хорошем расположении духа.

— Слушай Клим, тебя может, что-нибудь вывести вот из такого душевного равновесия, а?

— Ну, я не знаю, а что? — Насторожился Клим, и улыбка немного угасла.

— Да нет. Я просто спросил. Сколько я тебя помню, ты все время улыбаешься. Когда хорошо, улыбается, когда плохо, тоже улыбается, только улыбка злая, больше на ухмылку похожа.

— Ну и что? — Клим настороженно ждал вывода.

— Да ну тебя, — Алексей махнул рукой. Никакого вывода у него не было и в помине.

— Леха ты чего на самом деле не свой какой-то сидишь? — не отставал Клим.

— Вечером видно будет, — ответил он, и, закурив, вышел на улицу, спрятав список в карман.

Клим вышел следом. Алексей посмотрел на голубое небо. Было начало октября. Погода стояла теплая. Зеленая листва сменилась осенним золотом. Он любил это время года. Ни холодно и не жарко. Солнце слепило прямо в глаза. Не вдалеке раскинулся Грозный. Молодой город, но уже столько повидавший на своем веку. Кругом виднелись черные от копоти стены, словно сломанные клыки возносились к голубому небу руины разрушенных домов. Над головой проносились вертушки, периодически выпуская одну две ракеты. Где-то вдалеке плотно работала артиллерия. Видимо загнали боевиков в горы и теперь дожимали. Интересно чем дома Никита со Светкой занимаются. Что-то писем давно не было. Надо будет чиркнуть пару строк. Алексей взглянул на Клима. Тот тоже видимо думал о чем-то своем. Два месяца назад ему от девчонки пришло письмо. В нем она сообщила, что не будет ждать еще три года и выходит замуж, хотя все еще его любит. Клим написал, что она правильно сделала. Чтобы простила, за два года ожидания. Но то, что пацан мучается, было видно не вооруженным глазом и опять на его губах эта бестолковая улыбка.

— О чем думаешь? — спросил Алексей, подсев рядом.