ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Майкл Муркок Вечный герой Пролог Они звали меня. Это я знаю точно. Они звали меня, и я пришел. Я не мог поступить иначе. То было желание всего Человечества. И, подчиняясь его воле, я сбросил оковы Времени и Пространства, я явился в этот мир. Почему избранником стал именно я? Я не знаю этого и теперь, хотя считалось, что мне изначально известно все. Впрочем, говорить об этом поздно: я уже здесь. И всегда буду здесь. А если верить мудрецам и время имеет циклический характер, то когда-нибудь я снова вернусь в ту его точку, из которой переместился сюда и которую знаю как XX век н. э., как Царство людей, где (и это не является ни моим желанием, ни результатом моих деяний) сам я бессмертен. Глава I Через Реку Времени Между бодрствованием и сном мы часто слышали какие-то голоса, обрывки разговоров, отдельные фразы, произнесенные порой с совершенно незнакомыми интонациями. Мы, конечно, пробовали напрячься и расслышать нечто большее, но это редко нам удавалось. Такие иллюзии называются гипнотическими снами, галлюцинациями и представляют собой как бы преддверие тех настоящих снов, что являлись нам впоследствии. Я видел какую-то женщину. Ребенка. Неизвестный мне город. Оккупацию. Слышал имя: Джон Дэйкер. Понимал, что рухнули все мои надежды. Но испытывал потребность довести до конца задуманное. А их я любил. Знаю, что любил. Дело явно было зимой. Я чувствовал себя в высшей степени несчастным в ледяной постели. Я лежал и неотрывно глядел в окно, на луну. Не могу вспомнить точно, о чем я тогда думал. По-моему, о бренности и суете человеческой жизни. И вот после этого, прежде чем по-настоящему заснуть, я начал слышать голоса… Сперва я решил не обращать на них внимания, надеясь, что все равно скоро усну, но голоса продолжали звучать, и тогда я попытался разобрать слова, полагая, что в

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Видел вокруг себя удивительные места — прекрасные и пугающие одновременно. Сам летал на странных машинах с крыльями и на космических кораблях, сам правил колесницами… Я ненавидел. Я любил. Я создавал империи и уничтожал целые народы. Я многих убил и сам был убит множество раз. Я праздновал победу, я униженно ползал на брюхе. И у меня было множество имен. Имена эти гулким эхом гудели в моей голове. Их было много, слишком много. Слишком…

И не было мира. Всюду была война, только война.

Глава VIII

В походе

Когда я проснулся утром, сны мои улетели прочь, но настроение было подавленное. Я проявлял явную склонность к рефлексиям и в данный момент желал лишь одного: хорошую крепкую сигару.

Я попытался выкинуть это из головы. Насколько мне было известно, Джон Дэйкер никогда не курил сигар. Он и сорта-то их никогда не различал, а тут мне требовался вполне определенный сорт! С чего бы это? Вспомнилось еще одно имя — Джереми… И оно тоже казалось мне смутно знакомым.

Я сел в постели, увидел знакомые стены, и тут же эти два слова смешались со всеми прочими, являвшимися мне во сне; я встал и прошел в другую комнату, где рабы уже заканчивали готовить для меня ванну. С удовольствием погрузившись в воду, я стал мыться. Голова сразу начала работать более четко, я сосредоточился на том, что мне непосредственно предстояло сделать. И все же ощущение подавленности не проходило, мне даже показалось, что я потихоньку схожу с ума или неведомым путем оказался втянутым в чью-то чужую шизофреническую фантазию.

Когда рабы принесли мои доспехи, я сразу почувствовал себя значительно бодрее. И снова восхитился красотой этих лат и тем удивительным мастерством, с каким они были сделаны.

Итак, наступило время в них облачиться. Сначала я надел нижнее белье, затем — что-то вроде стеганого комбинезона и только тогда стал крепить сами доспехи. И оказалось, очень легко находить нужный ремешок и пряжку, словно мне каждый день приходилось надевать эти латы. Они были в точности по мне. Я прекрасно себя в них чувствовал и совсем не ощущал их веса, хотя, казалось бы, был закован в них с головы до ног.

Затем я отправился в оружейную и снял со стены свой огромный меч. Надел широкий пояс из металлических звеньев и прикрепил смертоносный для остальных меч, не вынимая его из ножен, над левым бедром. Потом отбросил за спину длинный алый султан, свисавший с кончика шлема, поднял забрало и направился вниз, совершенно готовый к бою.

В Большой гостиной собрались лучшие и знатнейшие представители рода людского, чтобы проститься с Некраналом.

Гобелены, прежде украшавшие стены, были убраны, и вместо них висели сотни ярких флажков.