ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Встреча с цесаревичем Николаем Романовым и его спасение от смерти коренным образом меняют жизнь Ермака: юнкерское училище, первое офицерское звание, награда из рук императорской четы. Потомственный дворянин и Георгиевский кавалер Аленин-Зейский получает доступ в высший свет. Новые знакомства, новая любовь и новое назначение. Юный хорунжий Тимофей Аленин становится начальником телохранителей наместника Дальнего Востока — его императорского высочества государя наследника Николая Александровича. Перед Ермаком встает главный вопрос — вызваны ли эти изменения истории его действиями, или всё же он попал в параллельный мир?

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

— Ты как?

Верхотуров повернул в мою сторону голову.

— Нормально всё, Ермак. Только перед глазами плывёт.

— Тур достань медпакет и отдай доктору. Он тебя сейчас перевяжет.

— Леший, аккуратнее. Смещайся вдоль борта, не застывай на месте, — крикнул Вовке, который уже вёл огонь по засаде, укрываясь бортом и перемещаясь вдоль него после каждого выстрела.

Пока я осматривался и раздавал первые распоряжения, Николай лежал на спине и внимательно смотрел на меня.

— Тебе совсем не страшно, Тимофей? — внезапно задал вопрос цесаревич.

— Страшно, Ваше Высочество, ещё как страшно. Вы пока полежите. А мне надо в чувство капитана привести.

Резко выдохнув, я вскочил на ноги и, сделав пару шагов, прыгнул на капитана парохода, уронив его на палубу. Сделал я это вовремя. По стенке кают вновь забарабанили пули. Наверху раздался звук разбитого стекла.

"Стёкла в рубке разнесли", — подумал я, развернув капитана лицом к себе.

— Господин капитан, вы меня слышите? Господи капитан!

Глаза на бледном с синюшным отливом лице Самохвалова бессмысленно уставились на меня.

"Шок! Причём конкретный! Да здравствует интенсивная терапия! Будем клин клином вышибать!" — подумал я и закатил капитану пару оплеух.

— Ты хрен водоплавающий, якорь тебе в зад. Ты меня слышишь? — заорал я в ухо капитану.

Самохвалов очумело затряс головой и с испугом посмотрел на меня.

— Ты должен сейчас меня бояться! Понял, сцука! — я выхватил из крепления метательный нож и, скорчив зверскую рожу, приставил его остриё к глазу капитана. — Если ты сейчас не сделаешь то, что я тебе прикажу, я тебе глаз выколю!

По вискам капитана поползли капли пота, но взгляд стал более осмысленный.

Я поднялся и рывком за ворот поднял с палубы капитана.

— Бегом в рубку, — я толкнул Самохвалова в спину, заставляя его быстрее перебирать ногами.

Пробежав вдоль борта, добрались до трапа, который вёл наверх. Подталкивая капитана, поднялись в рулевую рубку с разбитыми стёклами и отверстиями от пуль в стене. На огромном в человеческий рост, рулевом колесе мёртвым грузом обвис рулевой. Отвалив тело в сторону, я поставил к колесу капитана.

— Слушай сюда! Правишь вон туда между островом и берегом в пойму, — я указал направление ножом. — Всё понял?

— Как смеешь так со мной разговаривать, казак? — лицо капитана стало багроветь.

— Отлично! В себя наконец-то пришли, ваше благородие. — Я убрал в разгрузку нож. — Живы останемся, принесу вам все мыслимые извинения. А сейчас правьте туда, куда я указал и на полном ходу.

— Мы можем там сесть на мель и застрять!

— Ваше благородие, главная задача спасти Государя Наследника. Целостность парохода — полная ерунда. Там в пойме нас казаки прикроют, и цесаревича можно будет на берег эвакуировать.