ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Встреча с цесаревичем Николаем Романовым и его спасение от смерти коренным образом меняют жизнь Ермака: юнкерское училище, первое офицерское звание, награда из рук императорской четы. Потомственный дворянин и Георгиевский кавалер Аленин-Зейский получает доступ в высший свет. Новые знакомства, новая любовь и новое назначение. Юный хорунжий Тимофей Аленин становится начальником телохранителей наместника Дальнего Востока — его императорского высочества государя наследника Николая Александровича. Перед Ермаком встает главный вопрос — вызваны ли эти изменения истории его действиями, или всё же он попал в параллельный мир?

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

После того, как по раскисшей от прошедшего недавно дождя земле дошли до мишеней, начался индивидуальный разбор стрельб. В принципе, отстрелялись неплохо. Только у двоих осталось по одному неизрасходованному патрону. Тремя попаданиями отметились все. Один из агентов, усатый крепыш, попал в холщовую мишень, на которой был нарисована фигура в полный рост, целых пять раз. Шестой выстрел сделать не успел. При возвращении от мишеней, которые обслуживающие сегодняшние стрельбы солдаты, ремонтировали, заклеивая с помощью бумаги и клейстера пробоины, агенты оживлённо и радостно переговаривались. Полковник Ширинкин, который вместе с нами осматривал мишени, лучился довольствием. По современным требованиям смена агентов отстрелялась отлично, при этом в два раза перекрыв норматив по времени.

— Как Вам результат, Тимофей Васильевич? — спросил меня Евгений Никифорович, когда мы вернулись на огневой рубеж.

Я сделал унтер-офицеру, который командовал солдатской командой на стрельбище, заранее обусловленный жест и только после этого ответил Ширинкину.

— Господин полковник, по требованиям и нормативам смена агентов отстрелялась отлично. Но для тех, кто охраняет Его императорское величество и его семью, данного результата, считаю недостаточным. Стрельба, стоя на месте и по одной неподвижной мишени сильно отличается от той ситуации, при которой агентам не дай Бог придётся применять оружие. Как я думаю, нападающий на охраняемую персону вряд ли будет стоять на месте. А если он хороший стрелок, то застывший на месте охранник — прекрасная мишень.

— И что Вы предлагаете, хорунжий? — заинтересованно спросил Евгений Никифорович. Остальные агенты, которые стояли передо мной, также с любопытством посмотрели на меня.

— Господин полковник, сейчас за моей спиной расставляются мишени. Одна из них обозначенная листом бумаги красного цвета — охраняемая персона, белыми листами обыватели, желтыми — охрана. Сколько мишеней будет, я не знаю, последовательность их расстановки мне также не известна. С унтер-офицером было обговорено, что охранников должно быть не больше восьми.

— И что дальше, хорунжий?

— А дальше, господин полковник, как только обстановка из мишеней будет готова, вы даёте мне команду и засекаете время, за которое я смогу уничтожить охрану и охраняемое лицо. Господам агентам надо показать, что может сделать хороший стрелок.

— Интересно. Я бы даже сказал очень интересно, — полковник оглядел своих людей, потом бросил взгляд за мою спину на стрельбище. — Кажется всё готово. Право будет увлекательно посмотреть, что вы сможете сделать, Тимофей Васильевич, с таким количество мишеней.