Хлопья нефритовой плесени слетают с её губ. — Но ведь мы не знали! Никто из нас даже не родился, когда «Юэлао» приземлился на Венере. Это не даёт вам право разгуливать повсюду, уничтожая посёлки и засовывать части своей персоны в мою персону! — Марианна в качестве иллюстрации машет рукой, из которой торчат щупальца. Хор одобрительных голосов раздаётся со стороны мёртвых.
Каллиопа — Беззаботный Кит возмущённо фыркает.
— Сдаётся мне, по нашему поведению было совершенно очевидно, что мы не хотим, чтобы нас беспокоили. Разве вы бы потревожили яблоню, если бы ветви мгновенно вас испаряли? Я думаю, вы бы обходили её десятой дорогой! И не надо нас осуждать за то, что мы защищались! Спросите у неё! — Каллиопа тыкает нарисованным плавником в Вайолет Эль-Хашем.
— Не понимаю, каким образом я, по-вашему, связана со всем этим, — парирует радиозвезда.
— Ты была в числе первых грабителей, которые явились к нашему порогу.
— Что, простите? Мне было восемь лет!
— Ох, да ладно тебе. Мы знаем твой голос. Мы слышали его снова и снова в голове, он шипел и носился туда-сюда, словно раскалённый жир по бесконечной сковороде. «Когда взглянула я на тот новый мир, во всех отношениях великолепный и ужасный во всех отношениях, увидела я тигра и звёзды, что падали с его полосатого языка. Взглянула я и узрела истинного своего новобрачного!» Я тебе не новобрачный, милочка, но тигром твоим стану, если придётся.
Вайолет Эль-Хашем смеётся долго и от души.
— Рыбка, любовь моя, это была всего лишь радиотрансляция! Когда моя нога впервые ступила на Венеру, рекламщик вручил мне сценарий, контракт, коктейль и дважды шлёпнул по попе.
— Могу я задать вопрос? — Арло Ковингтон поднимает руку, всё ещё в толстой водолазной перчатке. Грязь стекает из углов его рта, капая в прохладный зелёный напиток.
— Придержи вопрос на минуточку, Арло, — просит Анхис. — Боюсь, кое-кто из наших друзей сильно расстроился. Давайте вспомним, что мы тут все вместе застряли, хорошо? Мы ведь можем изобразить счастливую семейку в течение одного вечера, не так ли? Марианна? Вайолет?
— Ладно, — ворчат девушки.
— Каллиопа? Ты не могла бы показать нам того беззаботного кита, которого мы все знаем и любим?
— Ладно, — язвительно бросает кит.
Анхис хлопает в ладоши.
— А теперь, мама, старая ты проказница, иди сюда.
Северин Анк выбирается из объятий Эразмо и одним прыжком оказывается возле барной стойки, где сооружает себе ещё один «буравчик».
— Ну хватит уже, мамулечка. Скажи нам правду.
— Мы ядовитые?! — хором восклицают Эразмо, Максимо, Марианна, Сантьяго и Арло, после чего начинают неудержимо хихикать.
Но вопрос Анхиса заключался не в этом.
— Ты мертва?
В целлулоидных глазах Северин мелькают лукавые искорки. Она касается носа серебристым пальцем.
— Я не хочу всё испортить.






