У дяди Фредди достаточно денег, чтобы купить всех заводных пони в мире, потому что его дедушка изобрёл камеру, которая снимает движущиеся картинки, и ещё несколько дьявольски полезных штучек, плюс пару вещей, которые он не изобретал, но всё равно сообщил всем, что изобрёл, включая машину, способную записывать звук и делать кино говорящим.
[Лицо СЕВЕРИН светлеет, она как будто ожидает, что отец вот-вот покажет ей мир говорящих кинолент, во входе в который до этого момента было отказано.]
ПЕРСИВАЛЬ
Ох, малышка, милая моя баронесса, не смотри на меня так.
[Он берёт дочь на руки. Её нижняя юбка задевает микрофон, и раздаётся громкий шелест.]
ПЕРСИВАЛЬ
Девочка моя, помнишь бандита в «Воре света»? Как он хотел всё держать под замком в своём огромном и пустынном доме — драгоценности короны, Чудесную Машину и, самое главное, Мину Айви?
СЕВЕРИН
Да, папа. Он был плохой. И носил маску.
ПЕРСИВАЛЬ
Ну так вот, дядя Фредди — он такой. Только драгоценности короны — это патенты на аудио, Чудесная Машина — стопка патентов на цветное кино, а Мина Айви — это мир, где в кино ты могла бы увидеть поющую девочку в красном платье.
«АВТОПОРТРЕТ С САТУРНОМ»
(Студия «Транкилити», 1936, реж. Северин Анк)
(СОПРОВОДИТЕЛЬНЫЙ МАТЕРИАЛ:
ЗАПИСЬ 1, СТОРОНА 1, НАЧАЛО 0:37)
С1 ИНТ. ЛОКАЦИЯ #3 НАВИГАЦИОННАЯ РУБКА — ДЕНЬ 483 ПОСЛЕ ПОЛУДНЯ [3 СЕНТЯБРЯ, 1935]
[ПОСТЕПЕННОЕ ПРОЯВЛЕНИЕ: Пилотский отсек славного корабля «Камень в свивальнике», время 16:00. Шесть висячих фонарей настроены на ранний вечер. В иллюминаторах виднеется блестящий ледяной поток Восточного Экспресса, струящийся впереди и позади: такое любовное прозвище Земля дала устойчивым и сильным течениям и водоворотам эфира и замёрзшего мусора, которые баюкают «Камень», идущий выгодным гравитационным курсом и с ускорением, какого не даровал бы ни один двигатель. Впереди сияет Юпитер: Большой Центральный Вокзал. Там длинный серебристый звездолёт сделает петлю и рванётся вперёд с обновлённым, головокружительным запасом движущей силы; последний отрезок пути до Сатурна станет для него почти что контролируемым падением с огромной юпитерианской высоты. Но пока что огромная планета выглядит маленькой, не больше одинокой лампочки посреди погреба. Данные на дисплеях свидетельствуют, что всё в порядке. Огни загораются и гаснут, медленно и ровно, словно в такт сердцебиению корабля.
СЕВЕРИН АНН удобно устроилась в бархатном кресле астронома с шариком сидра и комочком эф-юна, припрятанным в большой ладони. Теперь это рядовая привычка, от которой она так никогда и не избавится до конца. Во время разговора она жуёт маленькие кусочки, отковыривая их тёмным ногтем. Большинство предпочитает курить эф-юн, но дым помешал бы работе камеры.






