ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Она - та, что оказалась заложницей обстоятельств и жизненных проблем, не позволяющих изменить направление движения. Он - тот, кто давно не верит в светлое завтра, руководствуясь принципом рационального распределения возможностей для достижения поставленной цели. У каждого из них своё "правильно", обусловленное опытом пройденного и прочувствованного. Два человека, которые никогда не должны были встретиться, оказываются под крышей одного дома. Сможет ли он научить её действовать, полагаясь лишь на разум? Получится ли у неё научить его прислушиваться к своему сердцу?

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

– Всё в порядке, Леночка, – проворачивает ключ в замке, распахивая передо мной двери кафе. – Мне несложно.

Усадив дочь в зале, спешу в подсобку, чтобы собрать свои вещи: то немногое, что не успел пропить или в пьяном порыве выбросить Рома.

– Куда пойдёте? – стоит надо мной, загораживая двери маленькой комнатки, в которой мы со Светой всегда переодеваемся по очереди.

– Пока не знаю.

– У меня тётка комнаты сдаёт, – начинает издалека, – вполне приличные, уютные и тут недалеко.

– Правда? – слабый луч надежды пристроиться хоть куда-нибудь, чтобы отдохнуть и обдумать ситуацию, в которую я попала. – А сколько стоит?

– Всего-то двадцать тысяч в месяц. Но комнаты хорошие, душ имеется, кухня общая.

– Двадцать?.. – растерянно осматриваюсь, вспоминая, что после похорон бабули в кошельке осталось пару тысяч, не более. – Это очень много. У меня сейчас нет, а платить необходимо сразу. Никто не позволит мне жить в долг.

– Я могу с ней договориться. Поручиться за своего работника, объяснить ситуацию. Насколько я понял из короткого рассказа, идти вам некуда.

И вновь улыбка, которую мужчина даже не делает попыток скрыть. Чувствую неприятный холодок, спускающийся к конечностям, и хочу протиснуться к выходу, но Армен останавливает.

– А вы правда можете? То есть, вас или вашу тётю такой вариант устроит?

– Конечно, устроит, Леночка, – все слова с придыханием, рокочущим голосом, который смакует каждую букву моего имени. – Но взамен я кое-что попрошу. Несущественное, простое, совсем несложное…

– Я всё отработаю. Могу допоздна, без выходных. Дополнительно зал убирать, и даже в качестве охранника здесь оставаться, если вас…

Мужчина наклоняется ниже, оттесняя меня в угол, где стоит стеллаж с посудой.

– Нет, Лена. Всё просто: ты со мной спишь, и уже через двадцать минут у тебя есть тёплая комната, горячий ужин и чистая постель. А если ты постараешься, и отдельная квартира будет.

– Ч-что?

– Такая красота не должна прятаться в маленькой комнатке.

Проводит тыльной стороной ладони по щеке, вызывая отвращение, а когда до меня всё же доходит всё произнесённое Арменом, я стараюсь его оттолкнуть и метнуться к двери. Но он сильнее, поэтому одним движением возвращает на место, прижимая к себе и покрывая шею поцелуями.

– Ну, же, Леночка, будь хорошей девочкой, – бью его в грудь что есть силы, вырываясь. – Блондинки – моя слабость. А ты такая сладкая и сочная, – лезет слюнявыми губами в мой рот, и успеваю укусить его язык.

И пока он матерится, замахиваясь на меня, отталкиваю, и мужчина с грохотом валится в угол на ящики с посудой. Хватаю вещи, вылетаю в зал, встречаясь со встревоженным взглядом моего ребёнка.

– Мамочка, тебе плохо?

– Хорошо.

Выкрикиваю и, схватив Тасю, бегу прочь от этого чёртового места и мужчины, который настойчиво требовал близости.