– Хотя это я придумал, как избавиться от тела.
– Что вы знаете о масках?
– Генри изготовил их во время занятий в мастерской, чтобы повеселить ребят. Маски лежали там, в шкафу. Мальчишки использовали их только однажды для самодеятельного спектакля несколько лет назад, а потом взяли для съемки. Генри был мастером на все руки.
– Генри собирался обратиться в полицию?
– Думаю, идея как раз и заключалась в том, чтобы остановить его, не дав шанса это сделать, но вам лучше расспросить Картеров.
– Вам известно что-нибудь об убийстве Люси Ханниган?
– Нет. Я никогда не слышал о ней, но, если дело связано с Картерами, готов поставить десять к одному, что это сделал Крис Локк.
– Так как насчет Доминика Шоу? – снова попыталась Имоджен.
– Не знаю, кто это, я уже сказал.
– Мы еще не закончили допрос, мистер Рэмзи, но нам необходимо проработать часть информации, которую вы нам дали, прежде чем продолжить.
Имоджен вышла из комнаты. Голова у нее слегка кружилась. Понимая, что фрагменты головоломки никак не сложились бы до этого допроса, она все-таки злилась на себя из-за понапрасну потраченного времени. Ее бесило, что она не узнала Брикса, как только увидела его. Оставалось только гадать, что будет дальше. Имоджен до сих пор не выяснила, как со всем этим связан Доминик Шоу, а лже-Генри дважды искренне отрицал, что знает его. Доминик теперь поймет: его планы относительно Эдриана не сработали. Капур не собиралась его искать, как надеялся Шоу. Так что же дальше? Теперь некоторые детали открылись в новом свете. За всем этим не могла стоять только личная неприязнь Доминика к Эдриану. Должна быть иная причина. Насколько могла судить Имоджен, Доминик надолго сделал Эдриана мишенью. Оставалось выяснить почему.
Глава 70
Гэбриел ждал утренней поверки. Его жизнь проходила в ожидании, когда откроется дверь камеры, но только лишь для того, чтобы выпустить его в ловушку более просторных помещений со множеством дверей, где он ощущал себя самой маленькой матрешкой внутри больших. Бейли сидел на койке, разминая руки. Гэбриел ощущал непреодолимое стремление защитить его, но сам не понимал, откуда взялось это чувство. Вероятно, оно возникало потому, что Бейли разрешал покровительствовать себе. Одно Гэбриел знал наверняка: он благодарен сокамернику. За повод стать сильнее и за цель, на которой можно сосредоточиться. Бейли был тем, о ком нужно заботиться помимо себя самого. Это возвращало часть утраченной уверенности в себе.
– Тебе нужно уметь расслабляться.
– Извини, Гейб. Мне правда очень жаль.
– Послушай, все будет в порядке, обещаю. Уже завтра все будет хорошо.
– Спаркса сегодня переводят в крыло Б. Надеюсь, он полностью поправился.






