– Мартина? Какого черта здесь творится?
– Прости. Это Джейми. Он перестал дышать.
– Вы едете с нами, мэм? Нужно торопиться. Он не имел доступа к кислороду по меньшей мере две минуты, стоит поскорее показать его доктору. – В голосе санитара звучала неподдельная тревога.
Мартина отчетливо видела, как лицо мужа исказил панический страх.
– Нет, с вами поеду я, – заявил он, встав перед Мартиной так, словно ее вообще не существовало.
– Прости! Я бы никогда этого не допустила! – выкрикнула она.
Слезы хлынули из глаз. Она уже знала: он прекрасно понял, чем она занималась.
– Послушай, друг… – произнес Чарли, уперев взгляд в носы ботинок.
– С вами обоими я разберусь позже!
Он забрался в машину и захлопнул за собой дверь.
Мартина наблюдала, как микроавтобус отъезжает от их дома. В ту же секунду сын Чарли разразился ревом, нормальным плачем, свойственным здоровым младенцам, оказавшимся на пронизывающем холоде. Она не нашла в себе сил даже взглянуть на него. Вбежала в дом и с грохотом захлопнула дверь. Она не могла снова впустить Чарли. Только не сейчас!
* * *
Зазвонил телефон, Мартина сняла трубку. Это был муж.
– С ним все в порядке?
– Я хочу, чтобы ты убралась из дома к нашему возвращению. Не желаю больше никогда тебя видеть.
– Но… Это же несчастный случай!
– Я знаю, как все произошло. Знаю, что ты сделала. Любой бы догадался, только взглянув на вас обоих.
– Я чувствовала себя такой одинокой. Понимаю, мне нет оправданий, но, когда появился Джейми, ты постоянно внушал, что я никчемна. Мне просто захотелось снова ощутить себя женщиной, хотя бы на один вечер. Я не знала, что такое может случиться. Ты прекрасно понимаешь, что я не виновата!
– И поэтому все в порядке.
– Нет. Разумеется, нет.
– Он сейчас в реанимации. Хочу предупредить: если малыш не выкарабкается, то и тебе станет незачем жить.
– Пожалуйста…
– Вы оба пожалеете, что еще не умерли.
Он бросил трубку.
Мартина знала: муж не из тех, кто разбрасывается пустыми угрозами. На ее глазах он совершал поступки, заставившие бы других женщин бежать от него без оглядки как можно дальше. Она знакома с темной стороной его личности, которую не замечали другие люди. Поначалу это даже возбуждало. То, как смотрели на него в некоторых пабах или ночных клубах, когда он входил, как люди расступались перед ним, явно опасаясь. Окончательно она поняла, что ей нужен именно этот мужчина, после одного случая: однажды на улице он сунул зазубренное горлышко разбитой бутылки в лицо грубияну, нахамившему Мартине. Никто прежде не заступался за нее подобным образом. Вот и сейчас он не дает спуску, только уже ей.
Она достала из шкафчика в ванной пузырек с валиумом, а потом принесла из кухни бутылку джина. Мартина и в самом деле не смогла бы жить без своего сына.






